IsraelInfo Погода в Израиле Касса BRAVO! Закон и право Объявления Потребитель

Новости Израиля

Три недели, которые потрясли мировую энергетику

Иллюстрация
Pavel Mikheyev/Shutterstock.com

В мире 21 марта 2026, 18:18

Три недели назад США и Израиль начали совместную военную операцию против Ирана. За это время мировой энергетике был нанесен ущерб, какого она не испытывала со времён нефтяного эмбарго 1973 года. 

Ормузский пролив фактически закрыт, нефтяные и газовые объекты атакованы в шести странах региона, цена барреля Brent взлетела с 70 до 110 долларов. И это далеко не предел. 

Разбираемся, как война перекроила глобальный рынок нефти и газа и почему даже крупнейшая в истории распродажа стратегических запасов энергоносителей не смогла его стабилизировать.

Пролив, через который идёт всё

Ормузский пролив, узкое горлышко шириной 34 километра между Ираном с одной стороны и Оманом с парой эмиратов ОАЭ с другой. Это главная артерия мировой нефтяной торговли. 

В нормальное время через него ежедневно проходит около 20 миллионов баррелей нефти и прочих других нефтепродуктов. Если округлять, то это где-то четверть всей мировой морской торговли сырой нефтью. Исследовательской службы Конгресса США посчитала, что это 27% мирового морского нефтяного трафика. 

В 2024 году 84% нефти, проходящей через пролив, шло в азиатские страны, Китай же получал через Ормуз треть своих нефтяных закупок. Отсюда же Катар отправляет свой сжиженный природный газ, от которого зависят и Азия, и Европа (особенно после отказа от того, что было в российской трубе). 

Ещё до начала войны было ясно, что Иран собирается использовать пролив как оружие. Аналитическая компания Kpler заметила всплеск торговли: с 15 по 20 февраля через остров Харг было погружено более 20 миллионов баррелей, что втрое больше, чем обычно. А Харг это главный иранский нефтеналивной терминал, через который проходит 90% иранского нефтяного экспорта. 

Аналитики Bloomberg посчитали это доказательством того, что в Тегеране серьезно относятся к варианту военной атаки. Саудовская Аравия, по данным Reuters, тоже быстро увеличивала отгрузки. Страховщики тоже все понимали. Ещё до первых бомб страховые премии для судов в проливе выросли с 0,125% до 0,2–0,4% от страховой стоимости корабля.

4 марта Иран объявил пролив закрытым. Старший советник КСИР Ибрагим Джаббари заявил: «Пролив закрыт. Если кто-то попытается пройти - герои КСИР и регулярный флот подожгут эти суда». 

Страховые компании немедленно пересчитали риски. Премии за оформление выросли в четыре-пять раз. Лондонский Объединённый комитет по страхованию военных рисков включил Ормуз и воды вокруг Омана в список опасных зон. 

Большинство судоходных компаний переключились на длинный маршрут вокруг южной оконечности Африки. Танкеры встали. Крупнейшие судоходные компании и гиганты добычи вышли из коридора. Пролив оказался заблокирован не столько минами или ракетами, сколько экономикой.

К середине марта объём транзита нефти через пролив упал ниже 10% от того, что было до войны. Ирак и Кувейт начали сворачивать добычу: местные хранилища были уже заполнены, а отправить нефть на экспорт было невозможно, так что скважины приходилось просто закрывать. 

К 10 марта падение добычи в Кувейте, Ираке, Саудовской Аравии и ОАЭ в сумме составило 6,7 миллиона баррелей в сутки, к 12 марта - уже более 10 миллионов. Это крупнейший такой перебой в поставках нефти в этом веке и чуть ли не в истории мирового рынка вообще.

Правда, судоходство не прекратилось полностью. По данным Lloyd’s List Intelligence, с 1 по 15 марта пролив пересекли как минимум 89 судов, в том числе 16 нефтяных танкеров. 

Но в основном это были суда под иранскими и китайскими флагами, а также некоторые танкеры, пропущенные после переговоров между государствами. Там были два индийских газовоза с СПГ, пакистанский танкер и саудовский нефтевоз с миллионом баррелей для Индии. 

Тегеран шантажировал мир, обещая не пропустить ни литра нефти для западных стран и предлагая всем готовиться к 200 долларам за баррель. При этом, по информации американского Минфина, Вашингтон сознательно закрывал глаза на выход иранских танкеров из пролива, чтобы хоть как-то насытить мировой рынок. Затем они и вовсе были выведены из под санкций.

Обходных путей действительно мало, и они не спасают. Саудовская Аравия перенаправляла нефть по нефтепроводу «Восток - Запад» к порту Янбу на Красном море. ОАЭ двигали нефть по трубопроводу к порту Фуджейра в Оманском заливе. 

Но совокупная пропускная способность этих обходных маршрутов - только 3,5-5,5 миллиона баррелей в сутки при довоенных 20 миллионах через пролив. По расчётам старшего вице-президента Rystad Energy Тома Лайлза, около 9 миллионов баррелей в сутки заперты и могут попасть на рынок только через Ормуз.

К тому же Иран бил и по обходным маршрутам. Дроны атаковали крупный нефтяной терминал в порту Фуджейра, это стратегически важный объект, расположенный за пределами Персидского залива и позволяющий слать нефть, минуя Ормуз. 

Были атакованы оманские порты Дукм и Салала на побережье Аравийского моря, повреждено как минимум одно топливохранилище в Дукме. А это, на секундочку, Оман, который всеми силами сигнализировал о своей нейтральности.

19 марта дрон ударил по саудовскому НПЗ SAMREF в Янбу. Это именно тот порт, через который саудовцы надеялись обойти блокаду. Маршрут через наше Красное море и без того уязвим: за последнее десятилетие хуситы уже четырежды атаковали объекты в районе нефтепровода «Восток - Запад» и бесчисленное количество раз били по судам в море.

Южный Парс и ответка по странам Заливу

18 марта конфликт вышел уже на совсем другой уровень. ЦАХАЛ ударил по газовому комплексу Асалуйе на юге Ирана, который обслуживал крупнейшее в мире газовое месторождение Южный Парс. Израильские ракеты повредили четыре установки по переработке газа. 

Нетаньяху подтвердил: Израиль действовал самостоятельно, но в координации с США. Из Вашингтона звучали похожие биполярные показания - Трамп говорил, что Израиль сам, а Хегсет повторял про координацию.

Южный Парс это основа иранской экономики: около 80% электроэнергии в стране, по данным Международного энергетического агентства, вырабатывается из природного газа, этим же газом пользуются десятки миллионов семей. 

Но это ещё и совместное с Катаром месторождение: катарская часть называется «Северное поле». МИД Катара ожидаемо назвал удар «опасным и безответственным шагом на фоне нынешней военной эскалации».

В качестве ответки Тегеран обрушился на соседей. Иранское телевидение в режиме реального времени передало предупреждение об эвакуации для персонала пяти энергетических объектов в трёх странах, что было очень похоже на предупреждения ЦАХАЛа перед ударами. 

Через несколько часов иранские ракеты атаковали катарский комплекс Рас-Лаффан, крупнейшеий в мире терминал по производству сжиженного природного газа, он обеспечивает почти 20% поставок СПГ. 

Катар уже остановил производство сжиженного газа после первых атак 2 марта, но новые удары нанесли такой ущерб, что восстановление, по оценке QatarEnergy, может занять до пяти лет. По подсчётам Al Jazeera, удары по Рас-Лаффану уничтожили около 17% мировых мощностей по производству СПГ и обошлись Дохе примерно в 20 миллиардов долларов годового дохода.

В Кувейте дроны поразили два крупнейших НПЗ - Мина-эль-Ахмади ( его мощность 730 тысяч баррелей в сутки) и Мина-Абдалла. Kuwait Petroleum Corp подтвердила отключение нескольких производственных блоков. 

В ОАЭ под удар попали газовый объект Хабшан и нефтяное месторождение Баб. Всего же по Эмиратам с начала войны было выпущено более 2 000 иранских ракет и дронов. Нефтяной объект в Фуджейре полыхал от удара БПЛА, а 16 марта дрон вызвал пожар топливного резервуара вблизи аэропорта Дубая. В Саудовской Аравии Иран многократно атаковал месторождение Шайба мощностью более миллиона баррелей в сутки, в Бахрейне осколки вызвали пожар на складе. 

Шесть стран Персидского залива выступили с совместным осуждением. Саудовский глава МИД Фейсал бин Фархан не исключил, что его страна сама нанесет удар по Ирану. «То немногое доверие, что ещё оставалось, полностью уничтожено», - его слова уже никак не соответствовали приторной восточной тактичности.

 Хайфский «Базан»: не опять, а снова

19 марта иранская ракета угодила в НПЗ «Базан» в Хайфском заливе. Это единственный крупный нефтеперерабатывающий завод Израиля, обеспечивающий примерно половину внутренних потребностей страны в топливе. 

КСИР объявил удар «местью за Южный Парс». На заводе возник пожар, тушить который отправились 15 пожарных расчётов. В районах Хайфы и Кирьят-Хаима были  отключения электричество, акции «Базана» на Тель-Авивской бирже рухнули.

ЦАХАЛ уточнил, что на территорию предприятия упали осколки перехваченной баллистической ракеты, а не сама ракета. Министр энергетики Эли Коэн назвал повреждения «точечными и незначительными», но следующим утром компания сообщила Тель-Авивской бирже о дополнительных разрушениях: пострадала «внешняя инфраструктура третьей стороны, расположенная за пределами завода, но необходимая для его деятельности». 

Инцидент обнажил давнюю проблему, о которой местные жители кричат давно. Крупнейший НПЗ страны расположен в центре густонаселённого района, совсем рядом с больницами и учебными заведениями. Он и в 12-дневную войну был лакомой целью иранцев, и ливанцы пытались в него попасть.

Заместитель мэра Хайфы Авиу Хан потребовал немедленного закрытия предприятия, назвав ситуацию «русской рулеткой с жизнями жителей и энергетической безопасностью страны». 

Эксперт по экологическим рискам Амир Стернберг в интервью The Media Line назвал «Базан» «бомбой замедленного действия». Очевидно, что прямое попадание способно вызвать взрыв, масштабный пожар и выброс высокотоксичного облака. «То, что обошлось без жертв - это везение, а не безопасность», - сказал Стернберг.

 Цены: американские горки

Вернемся к цифрам. Реакция рынка с началом войны была мгновенной. С примерно 70 долларов за баррель до боевых действий нефть Brent уже к 2 марта подскочила на 10–13%, до 80–82 долларов. 

Затем рост ускорился: к 9 марта Brent достигла отметки 119,5 доллара. Рынок не видел таких цен с середины 2022 года, когда Россия вторглась в Украину. 

После удара по Южному Парсу 18 марта нефть взлетела снова - до 114 долларов. На 21 марта Brent торгуется в диапазоне 107-111 долларов, рост с начала войны порядка 55%.

Даже в США, крупнейшем добытчике нефти, бензин к середине марта подорожал более чем на 50 центов - до 3,57 доллара в среднем за галлон.

Goldman Sachs предупредил, что цены на нефть могут оставаться трёхзначными годами, если ситуация в проливе не разрешится быстро. Wood Mackenzie не исключил 150, а то и 200 долларов за баррель. 

Представитель иранского военного командования Ибрагим Золфакари предложил миру «готовиться к нефти по 200 долларов за баррель, потому что цена зависит от региональной безопасности, которую вы разрушили».

Газовый рынок пострадал не меньше. Европейские цены на природный газ удвоились за первую неделю. С 30 евро за мегаватт-час они доходили  3 марта до 60 с лишним евро. Глобальные поставки СПГ, по данным МЭА, сократились на 20%, вынуждая азиатских и европейских покупателей конкурировать за оставшиеся объёмы. 

 Стратегические резервы: маленький пластырь

11 марта Международное энергетическое агентство приняло решение - распродать 400 миллионов баррелей из стратегических запасов. 32 страны-участницы единогласно это одобрили.

Это крупнейшая подобная операция за полувековую историю агентства, более чем вдвое превышающая 182 миллиона баррелей, распроданных в 2022 году после российского вторжения в Украину. США взяли на себя 172 миллиона баррелей из Стратегического нефтяного резерва. Япония, Великобритания и Южная Корея объявили о своих вкладах.

Но рынок не поверил. За неделю после объявления об этом нефть подорожала ещё на 17%. Что логично, 400 миллионов баррелей - всего 20 дней обычного транзита через Ормузский пролив. 

США сами могут выдавать 1,4 миллиона баррелей в сутки, но первые поставки идут только через 13 дней после президентского указа. Да и они покрывают лишь 15% потерянного объёма. На сегодня американские резервы нефти находятся на минимальном уровне с конца 80-х годов прошлого века. Больше продавать почти нечего.

Энергетический эксперт Наиф Альдандени в интервью Al Jazeera назвал операцию «маленьким пластырем на большой ране». Англе Джилдеа из KPMG сформулировала так: «Стратегические резервы могут немного облегчить ситуацию, но они не являются структурным решением. Заменить Ормузский пролив попросту нечем».

 Есть ли свет в конце пролива?

Главы трёх крупнейших энергетических компаний США, ExxonMobil, Chevron и ConocoPhillips, встретились с министром энергетики Крисом Райтом и прямо предупредили: нефть по 120 долларов за баррель - это путь к большущим проблемам. 

По информации Wall Street Journal, они сказали это открытым текстом. «Миру не нужна нефть по 120 долларов. Это приведёт к экономическому краху», — цитирует издание Стивена Пруэтта, гендиректора техасской Elevation Resources.

Федеральный резервный банк Далласа подсчитал: закрытие пролива на один квартал поднимет среднюю цену WTI до 98 долларов и снизит мировой ВВП на 2,9 процента за год. По оценке МВФ, каждое повышение нефти на 10% увеличивает глобальную инфляцию на 0,4% и снижает экономический рост на 0,15%. 

Редакция Economist пишет: выборочная блокада пролива даёт Ирану рычаг давления, позволяющий выдвигать собственные условия окончания войны, а восстановление разрушенной инфраструктуры и логистических цепочек займёт недели и месяцы даже после подписания перемирия. 

Западные страны обещают помочь с охраной судоходства, но пока дальше заявлений и выражений озабоченности не продвинулись. Что дало Трампу повод опять обвинить НАТО в бесполезности. 

Великобритания направила военных экспертов, но основные союзники действительно отказываются посылать корабли в зону боевых действий. Впрочем, их можно понять, к каждому танкеру не приставишь эсминец. Это дорого и неэффективно.

Трамп предложил странам-импортёрам нефти самим позаботиться о проливе: «Государства мира, получающие нефть через Ормузский пролив, обязаны сами позаботиться об этом - а мы поможем». Чем он может помочь, глава Белого дома так и не уточнил.

Сегодня стало известно, что 22 страны осудили блокаду Персидского залива. Это страны Запада и пара арабских монархий. Они написали, что готовы внести свой вклад в усилия по обеспечению безопасного прохода через пролив, но толком никакой помощи так и не пообещали.

Война продолжается. Пролив заблокирован. Газовые объекты Катара частично разрушены. Нефтяная инфраструктура Залива тоже. То, что осталось - под обстрелами. Глобальная энергетика переживает едва ли не свой худший кризис за полвека, переживая проблемы большие, чем они были в пандемию, когда цены на энергоносители достигали отрицательных значений. И пока не видно, как из этого кризисного пролива выбираться.

Роман Перл

Будьте всегда в курсе главных событий:

Telegram-канал «Новости Израиля»

Еще новости по теме: война в иране нефть экономика

Заметили ошибку в тексте?
Выделите текст мышью и нажмите Ctrl + Enter

Еще в разделе В мире