Иран продолжает поддерживать негласный диалог с США через международных посредников - об этом заявил министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи, который также решительно опроверг слухи об изоляции нового верховного лидера страны. По словам дипломата, Моджтаба Хаменеи полностью контролирует внешнеполитический курс Ирана, несмотря на то, что с момента своего назначения он ни разу не появлялся на публике.
В последнее время администрация США и ряд американских чиновников активно распространяли тезис о том, что коммуникация с иранской стороной затягивается из-за «технических и физических трудностей» в общении с новым верховным лидером. Утверждалось, что согласование любых ответов на переговорах требует слишком много времени.
Аббас Аракчи заявил, что это не так и подчеркнул, что все стратегические директивы и указания от Моджтабы Хаменеи поступают в правительство Ирана “своевременно и без задержек”. Более того, по заверениям Аракчи, сам факт продолжения контактов с США - это прямое решение верховного лидера, которому правительство подчиняется беспрекословно.
Глава государства ни разу не проявил себя лично, нет ни единого фото или хотя бы аудиозаписи его речи - все его обращения к нации выходят исключительно в текстовом формате. Последнее такое послание было зачитано вчера, во время памятных мероприятий к 37-й годовщине смерти аятоллы Хомейни, где лидер призвал соотечественников «дать отпор злонамеренным планам врагов».
Президент Ирана Масуд Пезешкиан и военное командование подтверждают, что лично встречались с Моджтабой Хаменеи для координации действий. Однако показательно, что ни одной фотографии с этих встреч государственные медиа так и не опубликовали.
Фарзан Сабит, специалист по Ирану из Женевского института международных отношений, отмечает, что Моджтаба Хаменеи и его канцелярия действительно определяют генеральную линию Ирана на переговорах с США. Однако уровень его личного, физического участия в текущих политических процессах сейчас гораздо ниже, чем у его отца. Причины очевидны - жесткие требования безопасности и нестабильное состояние здоровья. Эксперты ожидают, что по мере улучшения здоровья лидера его роль станет более публичной.
Пока верховный лидер находится в тени, экспертное сообщество пытается понять реальную структуру власти в Тегеране. Профессор Оттавского университета Тома Жюно предполагает, что Моджтаба Хаменеи пока не обладает тем абсолютным личным авторитетом, который был у его отца.
По оценкам аналитиков, сегодня страной фактически управляет «неофициальный комитет», состоящий из высшего генералитета Корпуса стражей исламской революции, с которыми у Моджтабы исторически сложились очень близкие отношения, и узкого круга ключевых политиков во главе с Мохаммадом-Багером Галибафом - бывшим высокопоставленным командиром КСИР, а ныне спикером парламента и руководителем иранской переговорной делегации.
Несмотря на завесу тайны, Белый дом подтверждает статус Хаменеи-младшего как главного переговорщика. Президент США Дональд Трамп на днях заявил, что новый иранский лидер «определенно вовлечен» в процесс и Трам даже готов с ним встретиться, если страны заключат соглашение.
Госсекретарь Марко Рубио также недавно сообщил, что есть признаки того, что верховный лидер Ирана «все активнее участвует на определенном уровне» в политической жизни страны. «Мы не видели его на публике, и я полагаю, учитывая то, что произошло со многими лидерами в их системе, ему не рекомендуют публичные появления. Но, тем не менее, я думаю, есть признаки того, что он все активнее участвует в управлении, хотя все его коммуникации осуществляются в письменном виде и через посредников».
Параллельно с решением американского вопроса Иран пытается стабилизировать ситуацию в регионе. По словам Аракчи, Тегеран совместно с Султанатом Оман намерен взять под строгий контроль управление стратегически важным Ормузским проливом. Вся логистика и безопасность в этом оживленном морском коридоре будут выстраиваться в строгом соответствии с международным правом и после консультаций с остальными соседями по региону.
Ольга Божкова