Владимир Путин умирает в январе 2027 года, в Кремле начинается борьба за власть. Его преемник прекращает войну в Украине, но спустя три года российские войска вторгаются в Эстонию, вызывая полномасштабную войну с НАТО. Такой сценарий возможного развития событий в Европе представил один из наиболее авторитетных американских аналитических центров — RAND Corporation.
Исследование под названием «Готовность к войне в 2030 году: сценарий. Укрепление готовности Великобритании и НАТО» опубликовано 10 ноября европейским подразделением RAND.
RAND Corporation — независимая некоммерческая исследовательская организация, основанная в 1948 году для проведения исследований в интересах американских ВВС. За десятилетия она превратилась в один из ведущих центров военно-стратегического анализа, выполняющий исследования для Министерства обороны США, других государственных ведомств и международных организаций. RAND специализируется, в частности, на военном планировании, международной безопасности, ядерном сдерживании и оценке стратегических рисков.
Авторы нового исследования особо подчеркивают, что описанный ими сценарий не является прогнозом. Его задача — выявить слабые места в оборонной готовности европейских государств и проверить, насколько Великобритания и ее союзники по НАТО способны противостоять России, если политика сдерживания потерпит неудачу. В работе рассматриваются 12 возможных аспектов большой войны, включая военные операции, кибератаки, разрушение инфраструктуры, проблемы снабжения и устойчивость гражданского общества.
Исследователи считают угрозу крупной войны в Европе к 2030 году достаточно реальной, чтобы готовиться к ней уже сейчас.
Сценарий начинается со смерти Владимира Путина по естественным причинам в январе 2027 года. Поскольку преемник не назначен, в российском руководстве разворачивается борьба за власть. Победу одерживают спецслужбы, и в марте президентом становится бывший генерал ФСБ.
Новый руководитель сталкивается с последствиями затяжной войны в Украине, экономическими трудностями и необходимостью укрепить собственную власть. В апреле 2027 года он соглашается на прекращение огня при посредничестве США в обмен на частичное смягчение западных санкций.
Однако полноценного мирного соглашения достичь не удается. Москва продолжает претендовать на оккупированные украинские территории, и к июлю война превращается в замороженный конфликт. Российские войска остаются на занятых позициях, а Кремль направляет высвободившиеся ресурсы на восстановление вооруженных сил.
Но прекращение войны не приносит России внутренней стабильности. Новый президент не обладает той полнотой власти, которой располагал Путин. В руководстве страны усиливаются сторонники жесткой конфронтации с НАТО. Они могут угрожать положению президента.
Чтобы продемонстрировать решительность и укрепить свои позиции, в январе 2028 года он начинает кампанию гибридных операций против европейских государств. Происходят кибератаки, диверсии на объектах энергетики и связи, распространяется дезинформация. В Восточной Европе Москва активно использует тему якобы ущемляемых прав русскоязычных меньшинств.
В июне 2029 года, согласно сценарию RAND, ситуация осложняется кризисом в Южной Америке, который заставляет Вашингтон сосредоточить внимание и военные ресурсы на Западном полушарии. Американское военное присутствие в Европе сокращается. При этом сегодня нет убедительных оснований считать такой кризис вероятным. Авторы исследования используют его как гипотетическое осложнение, позволяющее рассмотреть развитие войны в Европе в условиях ограниченного участия США. Однако гораздо более существенным фактором может оказаться не нехватка американских военных ресурсов, а политическое нежелание Вашингтона вступать в войну ради защиты европейских союзников.
В Кремле приходят к выводу, что момент благоприятен для проверки прочности НАТО.
В мае 2030 года Россия использует русскоязычное население эстонского города Нарва, расположенного непосредственно на границе с Россией, для организации массовых протестов. После столкновений демонстрантов с эстонскими силовиками Москва заявляет, что власти Эстонии не способны обеспечить безопасность русскоязычных жителей, и вводит войска в Нарву и прилегающие районы.
Российское руководство рассчитывает, что западные страны предпочтут смириться с ограниченной территориальной потерей Эстонии, лишь бы избежать большой войны. Главная цель операции — не столько захват территории, сколько демонстрация неспособности НАТО защитить своих членов и дискредитация пятой статьи Североатлантического договора о коллективной обороне.
Но расчет оказывается ошибочным. НАТО задействует пятую статью, и большинство союзников направляют войска на помощь Эстонии. США участвуют в операции лишь ограниченными силами.
Война быстро выходит за пределы Балтийского региона. Россия расширяет военные действия на Крайний Север, угрожает норвежской территории и архипелагу Шпицберген, пытается вывести подводные лодки в Северную Атлантику.
Особое внимание Москва уделяет Великобритании, играющей важнейшую роль в переброске подкреплений НАТО. Российские вооруженные силы наносят удары по британским авиабазам, портам, радиолокационным станциям и центрам управления. Одновременно проводятся диверсии и кибератаки против критической инфраструктуры.
Великобритания отвечает ударами по российским силам, направляет авиацию и сухопутные подразделения на восточный фланг НАТО, а военно-морские силы — в Северную Атлантику.
К осени 2030 года война превращается в затяжное противостояние. НАТО не позволяет России добиться быстрой победы, но европейским государствам становится все труднее поддерживать интенсивность боевых действий. Запасы вооружений истощаются, экономика испытывает растущую нагрузку, а общественная поддержка продолжения войны ослабевает.
Российский президент также оказывается под давлением. Обещанной быстрой победы нет, а новая война усугубляет внутренние проблемы России.
В ноябре он объявляет, что поставленная задача защиты русскоязычного населения выполнена, и предлагает прекращение огня. К этому моменту российские войска удерживают Нарву и большую часть эстонского уезда Ида-Вирумаа.
Европейские государства соглашаются прекратить боевые действия. Эстония не признает потерю своей территории, а переговоры заходят в тупик. К началу 2031 года в Европе возникает еще один замороженный конфликт, а доверие к способности НАТО обеспечить безопасность своих членов оказывается подорванным.
Такой результат авторы RAND рассматривают как один из возможных итогов войны, к которой европейские государства могут оказаться недостаточно подготовлены.
Смысл исследования выходит далеко за пределы гипотетической смерти Путина и вторжения в Эстонию. Аналитики предупреждают, что европейские страны по-прежнему недостаточно готовы к продолжительной войне с технологически сопоставимым противником. Проблемы касаются не только численности вооруженных сил и запасов боеприпасов, но и оборонной промышленности, транспорта, энергетики, здравоохранения и способности общества функционировать в условиях длительного кризиса. Особенно важным исследователи считают необходимость готовиться к войне без расчета на решающее участие Соединенных Штатов, которые могут быть заняты конфликтами в других частях мира.
Авторы подчеркивают, что их цель — не доказать неизбежность войны или поражения НАТО, а показать, какие изменения необходимы, чтобы предотвратить подобное развитие событий. По их мнению, готовность к современной войне требует не только военных расходов, но и перестройки взаимодействия государства, промышленности и общества.
В предложенном RAND сценарии даже смерть Путина и прекращение войны в Украине не становятся гарантией безопасности Европы. Напротив, замороженный украинский конфликт позволяет России восстановить военный потенциал, а неустойчивость нового режима в Кремле создает предпосылки для очередной внешней агрессии.
Авторы сценария оставляют в стороне еще один важный фактор — возможные изменения политической ситуации в самой Европе. Во Франции на президентских выборах 2027 года к власти может прийти Марин Ле Пен, а в Германии продолжает укреплять позиции «Альтернатива для Германии». Нет уверенности, что правительства ведущих европейских стран окажутся готовы вступить в войну с Россией ради освобождения эстонской Нарвы.
Еще одна существенная неопределенность, которую необходимо учитывать при оценке сценария RAND, — возможная политическая и экономическая дестабилизация самой Европы. Уже сегодня во Франции, Италии и других странах усиливаются протестные движения, в которых заметную роль играет молодежь. Растет политическая поляризация, укрепляются позиции крайне правых и радикальных левых сил, тогда как традиционные партии испытывают все большие трудности с формированием устойчивого парламентского большинства.
Эти процессы развиваются на фоне ухудшения экономической ситуации. Особенно тревожное положение складывается во Франции, где растущий государственный долг, высокий бюджетный дефицит и политический кризис вызывают серьезное беспокойство кредитных рейтинговых агентств и финансовых рынков. В конце октября Fitch ухудшило прогноз по французскому кредитному рейтингу, а аналитики OMFIF предупредили о возможности финансового кризиса, который способен распространиться на всю еврозону.
В таких обстоятельствах перед европейскими правительствами может встать вопрос не только о наличии необходимых военных ресурсов, но и о способности убедить собственное население в необходимости войны с Россией ради защиты Эстонии. Особенно если эта война потребует огромных расходов, экономических жертв и человеческих потерь. Политическая разобщенность, социальные конфликты и финансовые трудности способны ослабить решимость европейских государств. А если российское руководство придет к выводу, что НАТО не сумеет выработать единую позицию, это может подтолкнуть Москву к агрессии.
Олег Керем