Королевский суд Вулвича на юге Лондона признал сегодня днем двух граждан Ирана виновными в шпионаже в пользу Исламской Республики. Присяжные единогласно признали, что 41-летний Мостафа Сепахванд и 46-летний Фархад Джавади-Манеш работали на иранские спецслужбы, собирая данные о критиках властей Ирана. Сепахванду также вынесли обвинительный вердикт по статье о намерении совершить насильственное нападение, тогда как Джавади-Манеша по этому пункту оправдали.
Третий фигурант процесса, 57-летний Шапур Кале-Алихани Нури, был признан невиновным по всем обвинениям и вышел на свободу прямо из зала суда. Окончательный приговор Сепахванду и Джавади-Манешу огласят 17 декабря в центральном уголовном суде Лондона Олд-Бейли.
Как установило следствие, под наблюдением группы находились три человека. Двое из них - Моджтаба Пурмохсен и Камбиз Хоссейни, журналисты базирующегося в Лондоне персоязычного телеканала Iran International, вещание которого официально запрещено в Иране. Третьей целью стал Джонатан Тернер, один из основателей организации «Британские юристы за Израиль».
Чтобы собрать досье на этих людей, обвиняемые использовали как уличную слежку, так и современные цифровые инструменты: они выезжали по адресам, связанным с объектами наблюдения, вели скрытую фото- и видеосъемку, а также искали информацию о них в сети с помощью платформы ChatGPT.
По словам представителя обвинения Уильяма Эмлина Джонса, который подвел итоги рассмотрения улик, операцию курировал Корпус стражей исламской революции. Иранские силовики завербовали для работы в Великобритании Сепахванда, а тот, в свою очередь, привлек к делу Джавади-Манеша и Нури. Отснятые ими материалы должны были помочь КСИР в подготовке силовых акций.
Сам Сепахванд раскрыл детали полученных инструкций: кураторы требовали от него переломать руки и ноги Камбизу Хоссейни, а Моджтабу Пурмохсена жестоко избить, чтобы заставить его прекратить публикации против иранского правительства. Глава отдела по расследованию особых преступлений и борьбе с терроризмом Королевской прокурорской службы Фрэнк Фергюсон назвал действия группы тщательно спланированной операцией, отметив, что фигурантов удалось остановить до того, как они перешли от слежки к реальному насилию.
Прокуратура представила суду переписку, раскрывающую финансовую и личную заинтересованность главного обвиняемого. За выполнение задания заказчики пообещали Сепахванду вознаграждение в размере 150 тысяч фунтов стерлингов, а также закрытие судебного дела, заведенного против него на родине в Иране.
В ходе процесса, этап дачи показаний по которому завершился 27 октября, подсудимые придерживались разных линий защиты. Сепахванд утверждал, что не собирался никому причинять вред, а на контакт с заказчиками пошел исключительно из-за угроз в адрес себя и своей семьи. По его словам, он намеренно затягивал время, требуя у кураторов деньги и придумывая различные предлоги, чтобы не находить нужные адреса. Однако присяжных эти объяснения не убедили.
Фархад Джавади-Манеш отрицал, что знал о связях с иранской разведкой, но давать показания в суде отказался. В итоге коллегия сочла доказанным его участие в сборе разведданных, но не нашла подтверждений тому, что он планировал нападения.
Успешнее всего защитился Шапур Нури: на слушаниях 27 октября он признал, что по просьбе Сепахванда действительно сделал несколько снимков и видеозаписей, переслал их другу и удалил с телефона, но настаивал, что не догадывался об их назначении и считал это обычной помощью по работе. После напутственного слова судьи и прений сторон присяжные поверили его версии и полностью сняли с него вину.
Ольга Божкова