При обыске у 39-летнего Кевина Тессье, обвиняемого в стрельбе в пригороде Парижа в октябре, следователи обнаружили листок бумаги с именами и номерами мобильных телефонов четырех публичных деятелей, связанных с левым политическим крылом. Об этом в среду сообщила антитеррористическая прокуратура Франции. Самому Тессье уже предъявлены официальные обвинения, в том числе в убийстве и покушении на убийство, связанных с террористической деятельностью.
На листке оказались записаны контакты депутатов от партии «Зеленые» Эмерика Карона и Сандрин Руссо, парламентария от «Непокоренной Франции» Давида Гиро, а также Ассы Траоре - известной активистки, возглавляющей кампании против расизма и полицейского насилия. На допросе Тессье назвал всех четверых «леваками» и пояснил, что взял их номера с сайта, где публикуются утекшие в сеть данные.
Новость о существовании этого списка вызвала тревогу у руководителей французских “левых”: о своей обеспокоенности в соцсети X заявили лидер «Непокоренной Франции» и кандидат в президенты Жан-Люк Меланшон, а также глава «Зеленых» Марин Тонделье.
Сам Тессье утверждает, что нападать на этих людей не планировал. «Нет, нет, нет, я просто взял номера, но никаких планов у меня не было», - заверил он следователей. В прокуратуре подтвердили, что в материалах дела действительно нет других свидетельств, указывающих на подготовку насильственных действий против кого-либо из этой четверки.
Прокуратура заявила, что преступление было совершено из-за действительной или предполагаемой принадлежности жертв к определенной расе, этнической группе, нации или религии - по французским законам это является отягчающим обстоятельством. В нескольких местах, где велась стрельба, следователи собрали 128 гильз.
Находясь под стражей в полиции, Тессье признался, что выстрелил в «чернокожего мужчину, который шел один по улице», а затем - в двух мужчин, «возможно, североафриканского происхождения». Он также рассказал, что пытался застрелить женщину в платке, но в тот момент у него заклинило оружие.
Еще одной жертвой стала 11-летняя чернокожая девочка в платке, получившая тяжелые ранения. «Мимо шла одна молодая девушка, чернокожая, в платке. Я остановился посреди дороги, побежал к ней и сказал: „Давай, молись, дорогая“. Я повторил это дважды, а затем выстрелил в нее», - описал произошедшее Тессье. Когда полицейские объяснили ему, что речь идет об 11-летнем ребенке, он ответил, что «никогда бы не сделал такого с ребенком», но никакого сожаления о содеянном не выразил: «Все равно уже поздно. Чего жалеть?»
23 октября во время двадцатиминутной смертоносной поездки длиной восемь километров между городами Трапп и Ла-Верьер он застрелил из автоматического оружия 26-летнего Пенго Боссио Ванги (вскрытие выявило 21 пулевое ранение) и ранил еще семь человек. 40-летний Самба Кулибали, до сих пор находится в больнице в тяжелом состоянии, врачи борются за его жизнь; состояние 11-летней девочки, в которую было выпущено девять пуль, улучшилось.
Называть себя террористом Тессье отказывается. По его словам, он «действует от имени Франции», а его поступки связаны со стремлением «освободить свою страну». «Это не имеет к терроризму никакого отношения, - заявил он. - Возможно, людям пора проснуться, открыть глаза, а не прятать голову в песок».
Материалы расследования и показания Кевина Тессье, с которыми ознакомилась редакция издания Le Monde, рисуют портрет противоречивого человека - одновременно глубоко неуравновешенного и крайне радикализированного. «Все равно у французов нет яиц. Во Франции 800 тысяч нелегалов, и мы их впустили. Во Франции 600 тысяч алжирцев. Надеюсь, меня запомнят, что я стану примером для французов и они начнут бороться», - заявил он следователям.
Он также утверждал, что страдает от «острых бредовых приступов», связанных с употреблением каннабиса с юных лет и другими психологическими расстройствами. Однако после 38 часов медицинского наблюдения и бесед с психиатрами у него не было выявлено никаких прямых или косвенных признаков, «свидетельствующих о галлюцинаторной или бредовой активности», а его самодиагноз “шизофрения” подтвержден не был.
На допросе 39-летний мужчина сообщил, что тем утром выпил много кофе, принял немного кокаина, а затем зарядил оружие. Он заминировал квартиру, включил газ, вышел на улицу, сел в машину и направился в Трапп.
Лишь на пятом допросе он признал, что выбирал жертв по цвету кожи, поскольку “Францию колонизировали исламисты и всякие африканцы”. Он пояснил, что выбрал Трапп, поскольку этот город, по его словам, является «логовом исламистов», и уточнил, что сначала подъехал к местной мечети, чтобы начать свою кровавую поездку, но там никого не было и он начал колесить по городу.
Хотя его расистская радикализация длилась несколько лет, сам он утверждает, что идея устроить бойню пришла ему в голову 20 октября после стычки с чернокожим мужчиной на автозаправке, из-за которой его и вызвали в комиссариат на допрос. Однако ряд вещественных доказательств указывает на то, что оперативная подготовка началась задолго до этого инцидента. С начала сентября в течение нескольких недель он совершил в интернете серию покупок, призванных повысить эффективность пистолета-пулемета Sten, из которого он вел огонь очередями. Кроме того, за два дня до нападения он удалил свои аккаунты в соцсетях, сдал компьютер в скупку подержанной техники и спрятал мобильный телефон, который полицейские позже нашли в поле.
Ольга Божкова