Министерство экономики Израиля вновь намерено сделать сыр дешевле. Для этого чиновники проведут конкурс, выберут импортёров, распределят между ними квоты, определят условия продажи и будут следить за ценами. Так государство в очередной раз попытается создать конкуренцию административным путем, вместо того чтобы позволить ей возникнуть на свободном рынке.
Объявленный 8 ноября конкурс предусматривает беспошлинный импорт в 2027 году 5900 тонн твердых и полутвердых сыров. Из них около 4070 тонн достанутся импортёрам, предложившим наиболее низкую цену для потребителя. Оставшиеся 1830 тонн победители смогут продавать без ограничения цены.
В новом конкурсе размер этого бонуса увеличен с 30 до 45% от основной квоты. За каждые 100 тонн сыра, которые импортёр обязуется продавать дешево, он получит право ввезти ещё 45 тонн без пошлины. В Министерстве экономики рассчитывают, что эта привилегия заставит участников предложить покупателям более привлекательные условия.
Механизм хорошо иллюстрирует парадоксы израильского регулирования продовольственного рынка. Сначала государство ограничивает свободный импорт высокими пошлинами, а затем организует борьбу за исключения из установленных им же правил.
Между тем результаты предыдущих конкурсов убедительно продемонстрировали, что импортный сыр вполне может стоить значительно дешевле местного. В рамках государственных программ его продавали по 29–35 шекелей за килограмм. Для сравнения: регулируемая государством цена развесного сыра «Эмек» производства «Тнувы» составляет 52,85 шекеля за килограмм. Разница достигает почти 45%.
И дело не только в пошлинах. Израильский рынок молочной продукции отличается высокой концентрацией. Согласно данным за 2025 год, опубликованным Ynet, «Тнува» контролировала около 68% рынка фасованных жёлтых сыров и 81% рынка развесных. При таком соотношении сил несколько тысяч тонн дешёвого импортного продукта едва ли могут создать полноценную конкурентную среду.
Напрашивается другой подход: не распределять ежегодно право на беспошлинный ввоз, а постепенно отменить сами импортные ограничения, одновременно открывая рынок для новых, прежде всего небольших и независимых поставщиков, десятилетиями поставленных в заведомо неравные условия.
Сегодня предприниматель, желающий импортировать сыр на льготных условиях, должен зарегистрироваться в качестве импортёра, подать заявку в установленные сроки и добиться выделения квоты. В свободной конкурентной системе его главным испытанием должна стать не способность выиграть государственный конкурс, а умение найти хорошего поставщика, организовать доставку и предложить покупателю привлекательную цену. Но в нашей всё еще социалистической экономике так не работает.
Даже если право ввозить сыр без ограничений получат все, доступ к холодильной логистике, крупным закупкам и полкам супермаркетов может остаться преимущественно у нескольких крупных компаний. Пример: чтобы получить от Минздрава лицензию на ввоз продуктов животного происхождения, нужно предоставить договор с холодильной компанией. Но последняя ответит мелкому импортёру, что будет иметь дело только с несколькими тоннами и никак не меньше. То есть холодильник предпочитает иметь дело с воротилами отрасли, а не с мелкой рыбешкой. И государство этому помогает.
Вывод: открытие импорта должно сочетаться с демонополизацией торговли и поддержкой небольших импортёров: упрощением разрешительных процедур, признанием международных стандартов безопасности продукции, доступом к складской инфраструктуре и финансированию первоначальных закупок.
Необходимость подобных перемен давно признаёт и OECD. В экономическом обзоре Израиля за 2025 год организация рекомендовала снижать пошлины на сельскохозяйственную продукцию, включая молочные изделия, устранять административные препятствия для импортёров и отказываться от избыточного контроля над ценами и объёмами поставок.
Попытка более радикальной реформы уже предпринималась. В декабре 2025 года Минфин представил законопроект, предусматривавший отмену производственных квот в молочном животноводстве, полное снятие пошлин на молочную продукцию и переход от централизованного планирования к рыночной модели. Предполагалась также финансовая поддержка фермеров в переходный период. Но в марте 2026 года, после сопротивления аграрного сектора и части депутатов правящей коалиции, реформу исключили из закона о хозяйственном регулировании, сопровождавшего государственный бюджет.
Противники либерализации указывают на реальные риски: израильские фермеры работают в условиях высоких производственных затрат, а зависимость от зарубежных поставок во время войны может угрожать продовольственной безопасности. От этих аргументов нельзя просто отмахнуться. Но поддержка отечественного молочного животноводства совершенно не обязательно должна осуществляться за счёт высоких цен для покупателей.
Государство может напрямую помогать фермерам, инвестировать в повышение эффективности местного производства и обеспечивать резервные мощности на случай чрезвычайных ситуаций. Защита сельского хозяйства и защита доминирующего положения крупных переработчиков - далеко не одно и то же.
Наша “командно-распределительная” система удивительна ещё и тем, что ее создатели вынуждены постоянно придумывать всё новые способы компенсировать недостатки собственного регулирования.
В этом ряду стоит пресловутая программа Нира Барката «Корзина Израиля». Государство оплатило торговой сети Carrefour рекламную кампанию стоимостью 25 миллионов шекелей в обмен на снижение цен на сотню товаров. Через полгода Carrefour отказалась продолжать эксперимент, несмотря на обещанные дополнительные 25 миллионов шекелей. Уже на следующий день после завершения программы цены на 87 из 100 товаров выросли, причём на некоторые — более чем вдвое. Но самое интересное выяснилось при сравнении с ценами до начала эксперимента: согласно проверке программы «А-Цинор», в Carrefour Hyper и Carrefour Market исследованные товары стали стоить в среднем примерно на 4% дороже, чем до вмешательства министра. Государство потратило миллионы на временные скидки, но изменить условия конкуренции на рынке так и не сумело.
Олег Керем