Все экзит-полы, даже фильберовский, сошлись в одном: «Объединённый список» Юсефа Джабарина набирает 10-11 мандатов, РААМ Мансура Аббаса семь. Вместе выходит 17-18 мест, столько у арабских партий в Кнессете не было ни разу.
В уходящем созыве у них было десять, прежний рекорд, 15 мандатов, «Объединённый список» поставил в 2020 году, когда РААМ ещё был в его составе.
12 канал насчитал «Объединённому списку» 11 мандатов, 13 канал после обновления тоже 11, «Кан 11» и даже 14 канал дали десять, i24NEWS девять. Блок Биньямина Нетаньяху в большинстве опросов получает 50 мандатов, блок Гади Айзенкота без арабских партий 52-53, и до 61 не дотягивает никто.
Явка дошла до 77,7%, выше не было с 1999 года. Амит Сегаль заметил, что впервые в истории арабы, судя по всему, голосовали активнее евреев: в арабском секторе явка около 80%. Днём в бедуинских посёлках Негева стояли очереди, а Нетаньяху весь день предупреждал, что арабы «рвутся на участки», и обвинял активистов РААМ в попытке украсть выборы. Странная оценка активности избирателей.
Хотя утром в Негеве полиция задержала троих жителей Сегев-Шалома и Арары по подозрению в том, что они собирались раздавать десятки тысяч шекелей за голоса для РААМ. В партии ответили, что активистов взяли дома ещё до открытия участков, и назвали это попыткой отбить у арабов желание голосовать.
«Биньямин Нетаньяху лжёт и натравливает на РААМ, используя её как пугало, чтобы поднять правых избирателей и привести их на участки», - сказал Аббас.
В штабе «Объединённого списка» в Назарете Джабарин сказал, что результат его не удивил. Якобы он и до экзитов понимал, что блок может получить десять мандатов и даже больше.
«Нам удалось достичь цели, сильный Объединённый список, которому по силам менять и который вам не сломать», - сказал Джабарин. Позже он добавил, что его список невозможно будет игнорировать ни при каком раскладе.
Четвёртый номер списка Бакр Авауде высказался так: «Это наша победа, высокая явка. Арабское общество хочет жить в мире и равенстве. Сегодня у нас появился шанс, чтобы свалить фашистов и расистов».
Аббас в интервью Йонит Леви на 12 канале был осторожнее. Рост явки он назвал ответом на политику правительства, на преступность и снос домов, и сказал, что РААМ хочет сменить это правительство любым способом. Но признал: «При тех цифрах, что есть сейчас, правительства нет».
Айзенкот ещё до выборов поставил РААМ условия для сотрудничества, среди них признать ХАМАС террористической организацией и призвать к его уничтожению. Отвечать на это Аббас отказался: «Если кто-то, Айзенкот или другой, хочет, чтобы я дал ему ответы, пусть сначала покажет мне, что правительство есть».
С РААМ, по его словам, после экзит-полов говорили из блока перемен. «Правые тоже нас не бойкотируют», - добавил Аббас.
Уже потом в штабе РААМ в Сахнине он пообещал превратить электоральную силу в политическую: «Мы здесь, а не на обочине». Повернувшись к Йоаву Сегаловичу, Аббас сказал на иврите: «Смелый друг, ты вошёл в историю».
Сегалович, бывший замминистра внутренней безопасности и бывший глава следственного управления полиции, в конце августа ушёл из «Еш Атид» на второе место в списке РААМ, первым евреем за всю её историю. Когда Айзенкот в конце сентября объявил, что РААМ в его правительстве не будет, Сегалович ответил, что без РААМ правительства у Айзенкота не будет.
«Вы исполнили свой гражданский долг, но это не конец. Когда будут результаты, мы позаботимся, чтобы ваш голос был равным другим, влиятельным и определял будущее Государства Израиль. Я полагаюсь на Мансура и на товарищей, да и на себя, что мы сделаем всё возможное, чтобы реальность в Израиле изменилась», - говорил Сегалович в Сахнине.
Радоваться арабским партиям пока рано. Авигдор Либерман напомнил, что есть еще и двойные конверты, это, в основном солдаты и резервисты. Они дают в сумме 14-15 мандатов, а вот арабских голосов там мало, так что к пятнице ситуация может измениться.
Но даже если список Джабарина и РААМ потеряют по мандату, это все равно будет рекорд. И рекорд этот обеспечил во многом именно Нетаньяху: почти четыре года с Бен-Гвиром, бульдозерами и разговорами о том, что все равны, но некоторые равнее.
Роман Перл