Использование полицией передовых технологий все чаще становится поводом для громких скандалов. Пока общественность еще не забыла дело о применении шпионских программ против граждан, в центре внимания оказалась другая, не менее мощная система - «Ястребиный глаз» (Аин ха-Нец). Недавнее решение полицейского дисциплинарного суда обнажило пугающую реальность: доступ к сверхсекретной базе данных слежения оказался настолько рутинным, что офицеры используют его для решения мелких бытовых проблем своих родственников. А системный контроль за этим инструментом, как выясняется, практически отсутствует.
«Ястребиный глаз» - это разветвленная сеть умных камер, установленных на дорогах по всей стране. Система не просто фиксирует автомобили; она способна распознавать номерные знаки, отслеживать маршруты передвижения и даже идентифицировать лица людей в салоне. Доступ к ней должен строго регламентироваться и использоваться исключительно для оперативных и следственных нужд - например, для предотвращения терактов или поимки опасных преступников.
Однако реальность оказалась куда прозаичнее. В центре недавнего скандала оказался старший следователь Лахав 433. Как следует из материалов дела, сестра офицера собиралась купить подержанный автомобиль и попросила брата «пробить машину по базе». Следователь, недолго думая, зашел в систему «Ястребиный глаз», собрал информацию о передвижениях и владельцах транспортного средства и передал эти секретные данные сестре.
На суде следователь, прослуживший в полиции около 20 лет, оправдывался до абсурдного просто: по его словам, программа постоянно открыта на его рабочем компьютере как основная. Именно эта невероятная легкость доступа подтолкнула его выполнить просьбу родственницы.
В ходе дисциплинарного процесса обвинение требовало жестких мер. Прокуроры справедливо отмечали, что подобные действия - это грубое злоупотребление доверием, которое превращает государственные базы данных в личную вотчину полицейских.
Судья в своем приговоре подчеркнул, что возможность получить любую личную информацию граждан «одним нажатием кнопки» таит в себе колоссальный риск, а защита доверия общества должна быть приоритетом. Однако приговор оказался поразительно мягким. На защиту обвиняемого встали его командиры. Выяснилось, что следователь - на хорошем счету, считается выдающимся профессионалом и даже был отобран из 300 кандидатов для ведения некоего сверхсекретного расследования. В итоге суд утвердил сделку о признании вины: офицер получил строгий выговор и понижение в звании на одну ступень всего на один месяц (что обошлось ему примерно в 1000 шекелей вычета из зарплаты), а также условное наказание.
Самое главное: следователь не был уволен и даже не отстранен от своей должности и продолжает работать в элитном подразделении, сохранив доступ к тем самым базам данных.
Этот вопиющий случай - не досадное исключение, а прямое следствие системного кризиса вокруг контроля над «Ястребиным глазом». Как показало недавнее расследование издания «Шомрим», опубликованное всего за несколько недель до дисциплинарного суда над следователем, надзор за системой слежения фактически провален.
Полиция использовала «Ястребиный глаз» с 2013 года, и долгие годы этот процесс вообще не регулировался законом. Лишь в январе 2024 года, под давлением правозащитников и петиций в БАГАЦ, Кнессет принял поправку, обязывающую полицию использовать систему только по назначению и ежегодно отчитываться перед парламентской комиссией по национальной безопасности.
Однако закон существует лишь на бумаге. Прошло уже больше полутора лет, 2026 год близится к концу, а Министерство национальной безопасности предоставило отчет лишь единожды - в марте 2025 года (за 2024 год). Данные этого единственного отчета шокируют и прекрасно объясняют, почему следователь Лахав 433 так легко воспользовался системой.
Оказалось, что доступ к секретной информации «Ястребиного глаза» имеют более 7000 полицейских. Это около четверти всего личного состава полиции Израиля. При таком охвате говорить о строгом контроле и «доступе только для избранных» просто не приходится.
При этом лишь в 6% случаев, когда снимки из системы использовались как доказательство, было предъявлено обвинительное заключение. Это ставит под сомнение аргумент о том, что тотальная слежка жизненно необходима для посадки преступников.
Из 516 тысяч случаев использования системы в 2024 году, почти 300 тысяч (58%) прошли по размытой категории «исследование паттернов совершения преступлений». Адвокат Лилах Меир-Вольф из Общественной адвокатуры прямо называет это «статьей-свалкой», куда полиция списывает любое использование системы, не подпадающее под конкретные оперативные задачи.
Точка в истории с «Ястребиным глазом» еще не поставлена. Сейчас дело находится на рассмотрении в БАГАЦ. Правозащитники требуют отменить закон 2024 года, заявляя, что он непропорционально нарушает конституционное право граждан на частную жизнь. Судьи уже издали промежуточный ордер, потребовав от государства объяснить, почему сроки хранения информации не сокращаются и почему для доступа к системе слежения за гражданами, не являющимися подозреваемыми, до сих пор не требуется ордер судьи.
Государство обязано дать ответ до 3 января 2027 года. Тем временем Министерство национальной безопасности обещает «в скором времени» передать в Кнессет задержанные отчеты. А миллионы израильских водителей продолжают оставаться под прицелом умных камер, зная, что за их маршрутами может наблюдать любой из 7000 полицейских - будь то ради поимки террориста или просто для того, чтобы помочь родственнику выгодно купить машину.
Ольга Божкова