Правительство Великобритании серьезно расширило полномочия своего санкционного механизма. Под удар попали не только участники нападений на палестинцев, но и застройщики, инвесторы, банки и страховые компании. Новый пакет мер, вступивший в силу в ускоренном порядке, нацелен на срыв израильского проекта застройки зоны E1 и уже привел к резкой дипломатической конфронтации между странами.
Министерство иностранных дел Великобритании во главе с Эдом Милибэндом расширило рамочный режим санкций 2020 года, связав его с соблюдением глобальных прав человека и международного гуманитарного права. Поводом для экстренных шагов послужили планы Израиля продвинуть масштабный строительный проект в коридоре E1 на 1234 единицы жилья. На Западе эту территорию называют «красной линией»: возведение поселения между Иерусалимом и Маале-Адумим окончательно разрежет Западный берег на две изолированные части, лишив палестинские территории географической целостности и сделав невозможным создание жизнеспособного палестинского государства в рамках формулы «два государства для двух народов».
Новый подзаконный акт вводит три принципиально новых юридических основания для применения британских санкций: грубые нарушения международного гуманитарного права (куда официально включена поселенческая активность); создание препятствий для доставки гуманитарной помощи; серьезные посягательства на свободу и физическую неприкосновенность личности (включая незаконное удерживание заключенных).
Ключевое новшество заключается в резком расширении круга потенциальных фигурантов. Британские власти получили право наказывать любую структуру или частное лицо, которые содействуют, поощряют, финансируют, поставляют технологии, скрывают свидетельства правонарушений или извлекают из них выгоду. Для внесения в черный список британским регулирующим органам отныне достаточно иметь лишь «обоснованные подозрения» в причастности к подобной деятельности.
Под удар попадает крупный бизнес: израильские и международные банки, инвестиционные фонды и страховые компании, обслуживающие строительные проекты за «зеленой чертой». Набор мер включает заморозку счетов и активов, абсолютный запрет на предоставление компаниям капитала или экономических ресурсов, визовые ограничения, а также запрет для фигурантов списков занимать руководящие посты в коммерческих организациях.
Кроме того, Лондон внедрил экстренную процедуру: министры получили право в ускоренном режиме «зеркально» переносить в британское право санкционные решения, уже принятые США, ЕС, Канадой или Австралией, на срок до 112 дней, пока Лондон готовит собственную доказательную базу. Новые правила вступают в силу немедленно, однако в течение 28 дней их должны окончательно утвердить обе палаты британского парламента.
Спешка Лондона напрямую связана с календарем Земельного управления Израиля: прием заявок на участие в строительном конкурсе в зоне E1 завершается 19 октября. Ранее Великобритания вместе с рядом других западных стран выступила с предостережением к компаниям-подрядчикам, предупредив их о неотвратимых юридических и репутационных рисках в случае подачи документов на тендер.
Израильская сторона попыталась сгладить напряженность: Земельное управление подтвердило, что урны с тендерными конвертами не будут вскрыты, а предложения участников не станут рассматривать до 19 ноября - то есть до подведения итогов выборов, назначенных на 27 октября.
Тем не менее в правозащитной группе British Palestinian Project подчеркивают, что такая бюрократическая пауза не снимает угрозы: участники конкурса и их финансовые гаранты берут на себя юридические обязательства уже 19 октября, а контракты могут быть подписаны еще до того, как в стране сформируют новую правительственную коалицию. Именно поэтому в Лондоне сочли необходимым выстроить санкционный барьер до момента закрытия заявок.
Параллельно Великобритания готовит полный торговый запрет в отношении товаров из израильских поселений (к этой инициативе присоединяются Франция и Канада). Впрочем, из-за сложного законодательного процесса реальное введение торгового эмбарго займет от шести до девяти месяцев.
Ужесточение курса привело к беспрецедентному обострению в двусторонних отношениях. В ответ на сентябрьские анонсы Милибэнда министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар распорядился закрыть британское генеральное консульство в Иерусалиме.
В результате этого Великобритания была вынуждена отозвать из страны 21 дипломата. Британское дипломатическое присутствие в здании консульства в Восточном Иерусалиме сократилось до семи сотрудников, а сам орган был понижен в статусе и переименован в «Британскую миссию в Иерусалиме». Эд Милибэнд подчеркнул, что, несмотря на сокращение штата, миссия сохраняет автономность и продолжит предоставлять консульские услуги, а также вести прямую дипломатическую работу с палестинской стороной.
Израильские контрмеры не заставили Лондон отступить: британское правительство ясно дало понять, что продолжит методично закрывать для израильских поселенческих проектов доступ к западным финансовым институтам и рынкам.
Юридическим фундаментом для британских санкций стали ключевые акты международного правосудия. Лондон напрямую опирается на консультативное заключение Международного суда ООН в Гааге от 2024 года, признавшее израильское присутствие на Западном берегу и в секторе Газа незаконной оккупацией.
Британская сторона также подчеркивает, что переселение гражданского населения государства-оккупанта на оккупированные территории прямо нарушает нормы Четвертой Женевской конвенции, являющейся краеугольным камнем международного гуманитарного права. Перевод этих правовых норм в статус санкционных критериев создает прецедент, способный существенно ограничить приток частных и банковских инвестиций в инфраструктуру за пределами границ 1967 года.
Ольга Божкова