Архитектура международной гуманитарной помощи претерпела самые масштабные изменения за последние полвека. Причиной стало прошлогоднее решение администрации Трампа расформировать Агентство США по международному развитию (USAID) - структуру, которая на протяжении десятилетий являлась крупнейшим государственным донором на планете.
Упразднение ключевого института международной поддержки Вашингтона спровоцировало цепочку кризисов в наиболее уязвимых регионах мира и заставило экспертов заговорить о наступлении новой, значительно более прагматичной эры в глобальной политике.
Агентство USAID было создано в начале 1960-х годов по инициативе президента Джона Ф. Кеннеди и Конгресса США. В основе его философии лежала не только идея о моральном долге сверхдержавы перед беднейшими странами, но и четкий геополитический расчет. USAID служило одним из главных инструментов дипломатии «мягкой силы».
Сторонники агентства неоднократно подчеркивали, что его работа приносила прямую выгоду самим Соединенным Штатам. В частности гуманитарные миссии создавали огромный капитал доброжелательности к США по всему миру. Предотвращение эпидемий в развивающихся странах снижало риски проникновения опасных инфекций на территорию США. А экономическая и социальная поддержка предотвращала хаос в нестабильных государствах, способный перерасти в глобальные угрозы.
На эти цели Вашингтон традиционно выделял около 1% своего федерального бюджета. Результативность этого подхода подтверждается независимыми исследованиями. Согласно данным авторитетного медицинского журнала The Lancet, только за первые два десятилетия XXI века программы USAID предотвратили 91 миллион смертей по всему миру, включая 30 миллионов смертей детей в возрасте до пяти лет.
Работа USAID помогла сократить смертность от ВИЧ/СПИДа на 65%, на 51% смертность от малярии и на 50% смертность от тропических болезней.
Прогнозы показывают, что роспуск агентства приведет к более чем 14 миллионам дополнительных смертей к 2030 году, из которых 4,5 миллиона смертей придется на детей в возрасте до 5 лет, или более 700 000 смертей ежегодно.
Однако критики структуры, в числе которых активно выступал и сам Дональд Трамп, называли агентство неэффективным, раздутым и обвиняли его руководство в нерациональном расходовании средств американских налогоплательщиков.
Ликвидация USAID привела не просто к сокращению бюджета, а к фундаментальной перестройке всех институциональных механизмов оказания помощи. Подход, строившийся на безвозмездной поддержке, сменился коммерческим и транзакционным расчетом. После расформирования автономного агентства его сохранившиеся функции были напрямую интегрированы в структуру Госдепартамента США. Гуманитарные программы окончательно перестали быть самостоятельной задачей и превратились в прямой рычаг давления и инструмент текущих внешнеполитических переговоров.
Основной акцент в финансировании международных проектов сместился в сторону Международной финансовой корпорации развития США (DFC). Вместо передачи невозвратных грантов через НПО приоритетом стали коммерческие инвестиции, предоставление кредитов и привлечение частного капитала под проекты, приносящие непосредственную экономическую выгоду американскому бизнесу.
Институциональный слом и урезание финансирования обернулись тяжелейшими последствиями для наиболее незащищенных слоев населения в развивающихся странах. Журналистские расследования Associated Press (AP) зафиксировали в ряде регионов резкую вспышку голода, критическую нехватку жизненно необходимых медикаментов, а также рост социальных преступлений - детских браков, похищений людей и торговли детьми.
Эксперты предупреждают, что полный масштаб нанесенного ущерба станет понятен лишь через годы, так как последствия хронического недоедания и нелеченых болезней имеют накопительный эффект. Более того, точные цифры могут не стать известны вовсе: из-за ликвидации USAID и перестройки всей системы работы лишились тысячи полевых сотрудников и аналитиков на местах, которые занимались сбором статистики заболеваемости и смертности.
Несмотря на заверения официальных представителей американской администрации о том, что расформирование USAID не привело к человеческим жертвам, расследования AP подтверждают обратное.
Непал: Прекращение программ поддержки малообеспеченных и необразованных беременных женщин (включавших полноценное питание и дородовое медицинское наблюдение) привело к росту смертности среди рожениц и младенцев.
Мьянма, Нигерия и Сомали: Сокращение продовольственных пайков и специального питания для истощенных детей стало прямой причиной гибели несовершеннолетних.
На фоне происходящего Фонд Билла и Мелинды Гейтс выступил с тревожным прогнозом: 2025 год станет первым годом в текущем столетии, когда общемировой показатель детской смертности не снизится, а продемонстрирует рост.
В ответ на критику Государственный департамент США заявил, что администрация Трампа не отказалась от гуманитарной миссии, а реформировала ее. В ведомстве подчеркнули, что пересмотр программ направлен на повышение их эффективности, результативности и построение честного партнерства, напомнив, что США продолжают тратить на здравоохранение и гуманитарную помощь больше любой другой страны в мире.
При этом позиция Вашингтона стала жестче: «Остальной мир должен вносить больший вклад и разделять это бремя», — заявили в Госдепартаменте.
Новая стратегия США в сфере международной помощи стала максимально прагматичной и строго точечной. Финансирование выделяется исключительно под инициативы, напрямую отвечающие национальным интересам Соединенных Штатов.
Главным изменением стал отказ от взаимодействия с международными неправительственными организациями (НПО). Вместо этого Вашингтон переходит на систему прямых двусторонних соглашений с правительствами конкретных государств. В рамках этой модели деньги передаются властям напрямую, но в обмен на серьезные уступки - например, предоставление США полного доступа к национальным медицинским данным для раннего выявления вспышек опасных инфекций.
Хотя Белый дом называет эту схему прозрачной и эффективной, ряд государств уже выразили протест, заявив о нарушениях суверенитета и права своих граждан на конфиденциальность медицинской информации.
Ольга Божкова