Иран использовал два месяца после заключения меморандума с США не для подготовки к миру, а для возможного продолжения и расширения войны. Об этом пишет The Wall Street Journal со ссылкой на иранских и арабских чиновников, а также данные разведок арабских стран.
Меморандум был подписан 17 июня в Версале. Вашингтон рассчитывал, что соглашение позволит открыть Ормузский пролив и станет первым шагом к окончанию войны. В Тегеране, однако, сторонники жесткой линии решили, что США и Израиль пытаются выиграть время, снизить давление на мировую экономику и подготовиться к новому удару противников.
За время передышки Корпус стражей исламской революции получил больше влияния на регулярную армию. На ключевые должности назначаются ветераны ирано-иракской войны и участники подавления протестов. Иран увеличивает производство ракет и беспилотников, а поврежденная военная инфраструктура и ракетные базы, по израильским оценкам, восстанавливаются быстрее, чем ожидалось.
Одновременно КСИР направил своих представителей в Ирак, Йемен и Ливан для координации действий с союзными Ирану вооруженными группировками. В Йемене иранцы помогали хуситам готовиться к противостоянию с Саудовской Аравией и передавали им списки возможных целей, включая порты и энергетические объекты.
В конце июля боевые действия расширились. Хуситы атаковали поддерживаемые Саудовской Аравией силы в Йемене и объявили закрытым для саудовских судов Баб эль-Мандебский пролив. Почти одновременно Эр-Рияд обвинил поддерживаемые Ираном группировки в Ираке в атаках беспилотников на саудовские нефтяные объекты.
Иран предупредил и другие страны Персидского залива: если США нанесут удары по иранской энергетической инфраструктуре, Тегеран ответит по их нефтяным и газовым объектам. По данным WSJ, арабским странам были переданы списки конкретных потенциальных целей.
В иранском руководстве, пишет газета, все больше распространяется убеждение, что главная война еще впереди. Однако президент Масуд Пезешкиан и другие представители более умеренного крыла предупреждают: без соглашения и ослабления санкций экономика страны может не выдержать продолжения войны.
О том, насколько серьезной остается эта проблема, в понедельник неожиданно откровенно рассказал вице-президент Мухаммед Джафар Гаемпанах. Он признал, что из-за санкций Иран вынужден продавать нефть через посредников и непрозрачные схемы, которые сам сравнил с контрабандой. Часть денег при этом пропадает, а внутри страны появились влиятельные группы, зарабатывающие на обходе санкций и заинтересованные в их сохранении. Слова Гаемпанаха цитирует Iran International.
Тем временем переговоры США и Ирана остаются в тупике, а движение судов через Ормузский пролив крайне ограничено.
Одновременно в Иране усиливается военная риторика. В понедельник консервативные газеты «Хамшахри» и «Кайхан» вынесли на первые полосы объявленную командованием армии награду за убийство или захват американских военнослужащих: 30 млрд риалов за каждого американского военного, а женщинам обещано вдвое больше.
Усиливается и контроль внутри страны. Иранский парламент одобрил основные положения нового закона о борьбе с иностранным «проникновением». Его проект позволяет преследовать в том числе за контакты с иностранными журналистами и посольствами и расширяет полномочия разведки КСИР и Министерства разведки.
Таким образом, к окончанию 60-дневного срока меморандума США и Иран подошли не к миру, а к подготовке к возможному новому этапу войны. Переговоры стоят на месте, Иран восстанавливает вооружения и готовит союзные группировки к расширению конфликта, одновременно приспосабливая страну к длительному противостоянию.
В этом можно увидеть параллель с Россией. Москва продолжает говорить о возможности переговоров и окончании войны с Украиной, но одновременно наращивает производство вооружений, продолжает набор в армию и готовится к тому, что война может затянуться на годы. Есть сходство и во внутренней политике: в обеих странах война сопровождается дальнейшим закручиванием гаек, ограничением пространства для несогласных и усилением роли силовых структур. И Россия, и Иран все больше перестраивают государство и общество по законам военного времени, превращая страну в своего рода единый военный лагерь.
Олег Керем