IsraelInfo Погода в Израиле Касса BRAVO! Закон и право Объявления Потребитель

Новости Израиля

Трамп - саудитам: обогащайте! Почему сделка с Эр-Риядом может изменить облик региона

Мохаммед бин Салман и Дональд Трамп
Robert V Schwemmer/Shutterstock.com

В мире 25 июля 2026, 16:00

22 июля министр энергетики США Крис Райт и его саудовский коллега принц Абдулазиз бин Салман подписали соглашение о сотрудничестве в области гражданской ядерной энергетики. 

Церемония прошла довольно буднично, на министерском уровне, без президентов и фанфар, как будто речь шла о поставках сжиженного газа, а не о допуске к атомным технологиям страны, наследный принц которой годами публично обещает обзавестись бомбой, «если она появится у Ирана». Но как только о подписании стало известно, сразу несколько стран региона разразились негодующими комментариями - ведь речь идёт в том числе о разрешении Эр-Рияду обогащать уран.

 Дональд Трамп попытался всех успокоить — как умеет, постом в Truth Social. «Сделка в области гражданской ядерной энергетики (без обогащения материалов!), которая заключается между Министерством энергетики США и Саудовской Аравией, касается только невоенных целей... и будет одобрена, но она полностью зависит от присоединения Саудовской Аравии к уважаемым и успешным соглашениям Авраама» — то есть и про обогащение ядерных материалов речи не идёт, и вообще саудитам сначала нужно будет нормализовать отношения с Израилем. Но штука в том, что эти его слова, судя по всему, противоречат подписанным документам. 

Так что за соглашение американцы подписали с саудитами на самом деле? И почему это называют личным поражением Нетаньяху

Подписанному верить

Подписанный документ, так называемое «Соглашение 123», это стандартный формат, которым США оформляют мирное атомное сотрудничество с другими странами.

Новый договор рассчитан на тридцать лет и оценивается в десятки миллиардов долларов. Он гарантирует американским компаниям приоритетное право строить и обслуживать реакторы за рубежом. К соглашению прилагается и отдельный двусторонний документ о гарантиях. Весь пакет документов уже отправился в Конгресс на одобрение. 

Проблемы, как это водится, в деталях. Полный текст документов не публиковался, но по данным американских СМИ, ознакомившихся с меморандумом для Конгресса, соглашение вовсе не содержит так называемого «золотого стандарта» - прямого запрета на обогащение урана и переработку ядерного топлива, на который в 2009 году согласились ОАЭ.  Более того, в соглашение включили совместное американо-саудовское исследование возможности будущего обогащения урана на территории королевства.

То есть тема, которую Трамп закрыл восклицательным знаком в соцсети, в самом документе открыта - и даже оформлена как предмет дальнейшей проработки. 

Реакцию Израиля предугадать было нетрудно. Публично официальный Иерусалим отмалчивался, но на условиях анонимности высокопоставленный израильский чиновник, знакомый с деталями переговоров, рассказал 12-му каналу: «Если на саудовской земле будет обогащение, это означает опасность для безопасности Израиля. Молчание израильского руководства по этому вопросу постыдно, вне зависимости от вопроса нормализации». Гражданский завод по обогащению урана он назвал «школой по разработке ядерного оружия». 

А оппозиция высказалась открыто. Экс-премьер Нафтали Беннет назвал соглашение серьёзной стратегической ошибкой Вашингтона и провалом Израиля. «Обогащение ядерного материала на территории Саудовской Аравии может спровоцировать ядерную гонку в регионе, что приведёт к полному краху», — заявил он . Об этих рисках предупредили и Авигдор Либерман, и Бени Ганц, и Яир Голан.

Но встревожила эта сделка не только Израиль. Ещё в феврале, когда контуры сделки лишь проступали, сенатор Эд Марки предупреждал: без строжайших мер нераспространения регион рискует превратиться в «ядерный Дикий Запад». А Келси Дэвенпорт из Ассоциации по контролю над вооружениями отметил, что предложенное администрацией Трампа соглашение не учитывает в полной мере риски распространения и создаёт опасный прецедент.

Госсекретарь Марко Рубио оборонялся: «США не собираются заключать никаких соглашений ни с одной страной мира, которые ведут к риску распространения». Но, к слову, сам Рубио в бытность сенатором в 2018 году поддерживал законопроект, требовавший от Конгресса особого контроля за возможной атомной сделкой с саудитами. Но на посту госсекретаря предпочитает оценивать риски иначе.

И нервозность сенаторов легко понять. Дело ведь не только в саудовских центрифугах как таковых — дело в прецеденте. К примеру, в похожем соглашении ОАЭ с США 2009 года есть и такой пункт: если другая страна региона получит от Америки более выгодные условия, Эмираты вправе потребовать пересмотра своих. Так что «ядерная гонка» в регионе не просто теория. Она прямо прописана в договорах.

Да и вообще, согласитесь, странный итог войны против иранской ядерной программы: вместо денуклеаризации Ближнего Востока мы получаем его мультинуклеаризацию.

Что арабам можно, а персам - нельзя?

Давайте для наглядности сравним ядерные претензии к Тегерану с возможностями, открывшимися перед Эр-Риядом. Формально Иран всё ещё участник Договора о нераспространении, хотя МАГАТЭ в июньском отчёте в очередной раз пишет: Иран нарушает свои гарантийные обязательства. 

От Дополнительного протокола, того самого режима внезапных инспекций, Иран отказался ещё в феврале 2021 года. С лета 2025-го сотрудничество с МАГАТЭ фактически заморожено: инспекторам открыт доступ к одному объекту из 22. Эти нарушения стали одной из причин войны США с Ираном, во всяком случае, официально.

Зато от Саудовской Аравии изначально не требуют никакого дополнительного протокола безопасности, ей не грозят визиты инспекторов и другие проверки. Какое доверие!

Ещё одна проблема с Ираном - это обогащение урана. Исламская республика была обязана полностью приостановить любую деятельность, связанную с обогащением ядерных материалов, но к началу боевых действий страна успела накопить порядка 440 килограммов урана, обогащённого до 60 процентов, - всего в шаге от оружейного уровня. И прекращение обогащения урана - официально заявленная цель войны, которую США и Израиль ведут против Ирана.  

Но Саудовская Аравия и этих ограничений (что бы там ни писал в соцсетях Трамп) лишена. Королевству не запрещено обогащение, от него не требуют Дополнительного протокола, а перспектива собственных центрифуг прописана как тема совместного исследования.

Да, сами по себе страны несравнимы: у Ирана многолетняя история подозрений в военной программе и реальный запас почти оружейного урана, а у саудитов — пока ничего. Но всё же асимметрия впечатляет. Тем более, что подобные соглашения с другими странами (теми же ОАЭ) всё-таки включали в себя и механизмы контроля, и запрет на обогащение. Чем саудиты лучше?

Безопасность по-королевски

Саудиты уже давно хотели обезопасить себя с помощью ядерной бомбы. Ещё в 2018 году Мухаммед бин Салман в интервью CBS сравнил аятоллу Хаменеи с Гитлером и отчеканил: «Саудовская Аравия не заинтересована в ядерном оружии, но нет никаких сомнений в том, что если Иран создаст ядерную бомбу, мы немедленно сделаем то же самое».

За восемь лет угроза меньше не стала, несмотря на победные выступления Нетаньяху об отбрасывании аятолл на 10-20 лет назад. Разве это не повод приглядеться к ядерным амбициям саудитов?

Впрочем, минувшей осенью королевство сделало интересный ход: Мухаммед бин Салман и премьер ядерного Пакистана Шехбаз Шариф подписали «Стратегическое соглашение о взаимной обороне»: любая агрессия против одной из стран рассматривается как агрессия против обеих. Ядерное оружие в тексте деликатно не упоминалось, но высокопоставленный саудовский чиновник внёс ясность: «Это всеобъемлющее оборонное соглашение, которое охватывает все военные средства».

 Другими словами, речь идёт про «ядерный зонтик» в случае конфликта с Ираном. Но разве это снимает с Эр-Рияда подозрения? Своя ядерная инфраструктура всё-таки надёжней. Особенно без внимательного контроля. Тем более, что амбиции Саудовской Аравии множатся с каждым годом. В регионе уже вовсю идёт борьба за «иранское наследство», и Эр-Рияд деловито осваивает освобождающееся пространство. 

В Ливане они продвигают план вытеснения «Хизбаллы» - с опорой на пусть и протурецкого сирийского лидера Ахмеда аш-Шараа, тем более, что в Сирии у них тоже свои инвестиции и интересы, и противоречия с Турцией пока не мешают. 

Королевство подключается к транспортному коридору Иордания - Сирия - Турция, чтобы получить выход к северным рынкам и Европе. В палестинском урегулировании Эр-Рияд участвует в трамповском «Совете мира» - той самой структуре, с наличием которой Нетаньяху мириться, стиснув зубы из-за присутствия Турции и Катара. 

Тактика саудитов понятна: пока Израиль и США шатают Иран, прибирать к рукам оставшиеся без надзора региональные богатства и перспективных лидеров на местах. При этом сотрудничать открыто с США. А, если секретно, то даже с Израилем.

Да, отношения между нашими странами куда теплее, чем принято признавать вслух. Ещё в 2016 году СМИ писали о закупке саудитами израильских беспилотников, в 2018-м - об интересе королевства к «Железному куполу» для защиты от хуситских ракет. О регулярных контактах Моссада с саудовской разведкой не писал разве что ленивый. 

А куда деваться, всё-таки общий открытый враг - хуситы. Йеменские террористы регулярно переключаются с обстрелов саудовской инфраструктуры на израильские жилые кварталы и обратно. Лидер группировки давно уже винит Эр-Рияд в работе на «США, Израиль и Британию» - и в кои-то веки пропагандистский штамп недалёк от описания реального совпадения интересов.

Так что, если выбирать между саудитами и Ираном, выбор очевиден. С Тегераном - война на уничтожение. С Эр-Риядом - опыт показывает, можно договориться. Вот только оказалось, что Эр-Рияду проще договориться с Вашингтоном напрямую, оставив Иерусалим за бортом. Или не оказалось, а показалось?

Красная линия имени Нетаньяху

В марте 2018 года Биньямин Нетаньяху лично явился на закрытое заседание сенатского комитета по международным делам, чтобы убедить американских законодателей: нельзя разрешать саудитам обогащать уран и перерабатывать плутоний. Для премьера это была принципиальная красная линия — вопрос выживания Израиля, не меньше.  

И вот прошло восемь лет: соглашение, которое Нетаньяху пытался сорвать в Сенате, подписано, да ещё и в таком вызывающе выгодном для саудитов виде. Мы можем только догадываться, какие действия предпринимал премьер после того, как под документом появилась подпись американцев, но вероятней всего, нашумевший пост Трампа, обложивший уже подписанное соглашение дополнительными условиями, появился при участии «друга Биби». 

А уже после его появления премьер поддержал условие Трампа о присоединении саудитов к Соглашениям Авраама. Отлично зная, что пойти на нормализацию отношений с Израилем в Эр-Рияде просто не смогут. Саудовская Аравия годами повторяла: нормализация возможна только при создании палестинского государства, и отступление от этого условия будет означать для страны потерю репутации. И сделка, обременённая такими взаимоисключающими условиями, шансов не имеет: каждая сторона ждёт от другой именно того, чего та дать не может.

Но есть один нюанс: документы уже подписаны. И, насколько можно судить, никто их условием нормализации заранее не обременял. Пост в Truth Social, при всей его эмоциональной силе, не является статьей международного договора.

А значит, саудитам ничто не мешает просто подождать: Трамп покинет Белый дом или Нетаньяху проиграет выборы. Чтобы потом - буднично и не привлекая внимания - начать реализовать подписанное на практике. Там ведь работы не на один год.

Правда, есть ещё одно неприятное для Эр-Рияда обстоятельство. Это соглашение должен ещё одобрить Конгресс. И прохождение документа в нём и до скандала не казалось гарантированным. А уж после него - выглядит совсем уже маловероятным в нынешнем виде. 

Роман Перл

Будьте всегда в курсе главных событий:

Telegram-канал «Новости Израиля»

Еще новости по теме: саудовская аравия ядерная программа саудовской аравии сша лонгрид

Заметили ошибку в тексте?
Выделите текст мышью и нажмите Ctrl + Enter

Еще в разделе В мире