После того как американские официальные лица раскрыли, что Вашингтон сорвал ранее подготовленные планы Израиля по ликвидации министра иностранных дел Ирана Аббаса Аракчи и главного переговорщика, спикера иранского парламента Мохаммада-Багера Галибафа, стали известны и другие подробности.
Весной этого года разногласия между двумя ключевыми союзниками достигли критической точки. Белый дом категорически возражал против планов Израиля по устранению Аббаса Аракчи и Мохаммада-Багера Галибафа. Американская сторона рассматривала их как ключевые фигуры, способные вести конструктивный диалог. Позицию Вашингтона лаконично описал один из чиновников: «Убивая этих людей, вы уничтожаете тех, с кем в принципе можно договариваться».
Чтобы не допустить срыва переговоров, администрация США задействовала секретные каналы связи и передала информацию о готовящихся ударах непосредственно Тегерану. По мнению аналитиков, этот шаг демонстрирует не только масштаб кризиса в отношениях между США и Израилем, но и ограниченность рычагов давления, которые Вашингтон мог применить к правительству Биньямина Нетаньяху напрямую.
Когда 28 февраля совместные военные действия США и Израиля против Ирана только начались, обе страны преследовали общую цель - добиться смены власти в Тегеране. На первом этапе израильская армия и спецслужбы сосредоточились на ликвидации высшего звена управления Ирана, включая верховного лидера аятоллу Али Хаменеи. В это же время вооруженные силы США решали более прагматичные задачи: подавляли иранский военно-морской флот и уничтожали пусковые установки ракет.
Однако первоначальное единство быстро сошло на нет. Аналитики в Вашингтоне пришли к выводу, что даже в случае гибели первых лиц военный и религиозный аппарат Ирана удержит контроль над страной. Цели союзников кардинально разошлись: Белый дом начал искать пути к выходу из войны, тогда как Тель-Авив продолжил делать ставку на тотальное уничтожение противника.
Переломным моментом в координации действий, по словам западных дипломатов, стала середина марта, когда Израиль ликвидировал Али Лариджани, курировавшего вопросы национальной безопасности Ирана. «США только нащупали фигуру, с которой можно было вести предметный диалог, и в одночасье этот человек исчез», - комментирует ситуацию один из дипломатических источников.
Именно после этого американская дипломатия сосредоточила усилия на работе с Аракчи и Галибафом. Эта ставка частично сыграла: при их участии в апреле удалось достичь первоначального прекращения огня, а к июню - согласовать проект рамочного соглашения о завершении войны.
Рамочное соглашение предполагало взаимные уступки: Иран соглашался на жесткие ограничения своей ядерной программы, а США в ответ обещали частичное ослабление экономических санкций. Такой сценарий категорически не устраивал команду Нетаньяху и влиятельное произраильское лобби в Вашингтоне, поскольку соглашение фактически закрывало вопрос о принудительной смене власти в Тегеране.
Президент Дональд Трамп еще в марте публично выражал недовольство методами израильских союзников. Общаясь с журналистами, он прямо заявил, что кампания точечных убийств разрушает дипломатический процесс: «Это усложняет задачу. Они уничтожили практически всех подряд. Я не хочу, чтобы их убивали».
Официальная позиция Белого дома на данный момент остается сдержанной - там лишь подчеркивают, что президент заинтересован в продолжении мирного процесса. Посольство Израиля в Вашингтоне от комментариев воздержалось.
Американские аналитики и ближневосточные эксперты указывают на еще одно опасное последствие израильской стратегии. Систематические попытки ликвидировать умеренное крыло переговорщиков, а также смена верховного лидера (эту роль занял Моджтаба Хаменеи) привели к тому, что вместо пожилого и постепенно терявшего хватку прежнего руководства Ирана США и их союзники рискуют получить в Тегеране гораздо более радикальный, молодой и беспощадный режим, главной мотивацией которого станет месть.
Ольга Божкова