После того, как в мае 2025 года полиция сообщила о «бескомпромиссной борьбе с организованной преступностью и рэкетом в логистических сетях», экономический отдел госпрокуратуры закрыл уголовное дело против известного 67-летнего бизнесмена Меира Ицхаки. История, которая начиналась с обысков, ареста счетов на миллионы шекелей и двух недель в камере, на поверку оказалась банальным, хотя и очень дорогим, сведением личных счетов.
Год назад отдел экономических расследований Лахав 433 (ЯЛАК) действовал с размахом. Меиру Ицхаки, бывшему председателю футбольного клуба «Ирони Рамат-ха-Шарон» и владельцу крупной типографии, инкриминировали чуть ли не весь экономический блок Уголовного кодекса: отмывание денег, фиктивные налоговые квитанции, сокрытие доходов и мошенничество при отягчающих обстоятельствах. И все это в рамках «вымогательства и попытки силового захвата курьерских маршрутов» крупнейшей торговой сети страны «Шуферсаль».
Прошел год, и маховик правосудия дал обратный ход. Прокуратура изучила материалы и пришла к выводу: состава преступления нет, доказательная база отсутствует, дело закрыто. Деньги разблокированы.
В деле «Шуферсаль» действительно был криминал. На сегодняшний день реальный тюремный срок (3 года) получил только один человек - арабский криминальный авторитет Карим Муса из Бака-эль-Гарбии. Он действительно парализовал работу курьеров в филиалах Хадеры и Глилот, угрожал франчайзи и пытался отжать долю в бизнесе.
Жалобы на рэкет в полицию подало новое руководство «Шуферсаль» в лице братьев Амир и их нового директора по безопасности - генерал-майора полиции в отставке Шимона Лави. Пользуясь старыми связями Лави быстро дал делу ход. Но почему под каток следствия вместе с реальным рэкетиром Мусой попал легитимный бизнесмен Ицхаки, чья типография 30 лет эксклюзивно печатала все маркетинговые материалы для «Шуферсаль»?
Разгадка кроется в гражданском иске на 9 миллионов шекелей, который Ицхаки умудрился подать против «Шуферсаль» и лично против Шимона Лави в Окружной суд Центрального округа всего за четыре недели до своего громкого ареста.
Из этого иска выплыла потрясающая история 20-летней давности. Когда-то Ицхаки руководил футбольным клубом, а Лави был молодым и амбициозным офицером полиции. Между ними прямо на стадионе произошла жесткая стычка, переросшая в потасовку. Ицхаки тогда никак не наказали, но, по его утверждению, Лави затаил обиду на два десятка лет. И как только получил должность в «Шуферсаль», решил использовать корпоративные ресурсы для вендетты. С приходом Лави тридцатилетний контракт с типографией Ицхаки был разорван в один день.
Ответный удар «Шуферсаль» и Шимона Лави не заставил себя ждать. В их общем защитном письме, поданном летом 2025 года Ицхаки выставляют не жертвой, а настоящим агрессором, который «держал в страхе сотрудников сети, угрожал и запугивал». Более того, руководство «Шуферсаль» обвинило Ицхаки в том, что он прессовал и запугивал другие конкурирующие типографии, мешая им работать с сетью. Мол, его поведение было настолько криминальным, что они просто обязаны были заявить в полицию.
Какая из сторон краше описывает грехи другой - сейчас пытается разобраться суд. Правда, из-за классической израильской судебной волокиты гражданский процесс застрял на стадии обмена бумажками.
Пока Меир Ицхаки празднует победу над следствием и готовит новые иски, у его оппонента Шимона Лави начались куда более серьезные неприятности на государственном уровне. Буквально в прошлом месяце профильная комиссия под председательством судьи Шуламит Дотан наложила вето на попытку министра инфраструктуры Эли Коэна продвинуть Лави в совет директоров национальной водной компании «Мекорот». Причина - официальные выводы государственной следственной комиссии по трагедии на горе Мерон, которая возложила на бывшего генерала прямую личную ответственность за гибель людей.
Ольга Божкова