В понедельник Папа Лев XIV назвал «устаревшей» концепцию «справедливой войны», выдвинутую администрацией президента США Дональда Трампа, предупредив, что «человечество скатывается к насильственной культуре власти».
В своей первой энциклике после избрания он сосредоточился главным образом на развитии искусственного интеллекта, но также вернулся к антивоенной риторике, которая вызвала напряженность в отношениях с Вашингтоном.
"Сегодня, как никогда прежде, без ущерба для права на самооборону в самом строгом смысле этого слова, важно подтвердить, что теория «справедливой войны», которая слишком часто использовалась для оправдания любых войн, устарела», - написал он в энциклике Magnifica Humanitas (Великолепное человечество).
“Человечество обладает гораздо более эффективными и действенными инструментами для сохранения человеческой жизни и разрешения конфликтов, такими как диалог, дипломатия и прощение», - пишет Папа. ”Содействие общему благу никогда не может быть отделено от уважения права народов на существование, на сохранение собственной идентичности и на внесение своего самобытного вклада в семью народов. Любая попытка или замысел уничтожить или поработить народ глубоко безнравственны и потому неприемлемы».
Что касается ИИ, Лев XIV считает, к нему надо подходить бдительно, “сохраняя ясность в вопросах ответственности на всех этапах его развития, делая ставку на надлежащую политику и правовые рамки, независимый надзор, обучение пользователей. Прежде всего необходим этический кодекс, основанный на критериях общей социальной справедливости, ибо «нет смысла в более нравственном ИИ, если эта нравственность определяется немногими”.
Необходимо «разоружить ИИ», продолжает Лев XIV, чтобы высвободить его из логики военной, экономической и когнитивной конкуренции, разорвать тождественность между технической мощью и правом на управление.
Первый американский Папа вызывает гнев у Трампа, не так давно он назвал его “прислужником леваков” за критику войны с Ираном.
Трамп сообщил, что брат Папы нравится ему гораздо больше, и Ватикан сделал неправильный выбор, когда из желания понравиться ему посадил на папский престол “слабого против преступности и ужасного для внешней политики” священнослужителя. “Не хочу Папу, который критикует президента США, исполняющего то, для чего его избрали”.
Позднее Марко Рубио попытался утихомирить кризис. Он отправился на аудиенцию к Папе и по итогам заявил, что у Ватикана и США отличные отношения.
Для Рубио, убежденного католика, этот визит стал настоящим испытанием. Ему пришлось лавировать между лояльностью президенту и уважением к главе своей церкви. Еще до вылета в Рим он пытался преуменьшить масштаб разлада, подчеркивая, что отношения со Святым Престолом остаются стратегически важными.
Ольга Бакушинская