Морское агентство Малайзии (MMEA) было обвинено в обходе американских санкций против энергетического сектора Ирана. Официальный Куала-Лумпур вынужден оправдываться перед лицом серьезных обвинений: эксперты утверждают, что вблизи малайзийских вод беспрепятственно работает огромный хаб по перевалке нефти, используемый «теневым флотом» Тегерана.
Генеральный директор MMEA Мохамад Росли Абдулла официально признал факт масштабной активности танкеров вблизи границ страны, однако объяснил это спецификой международного права. По его словам, организаторы перевозок намеренно выбирают «юрисдикционные пробелы» - участки моря, находящиеся на стыке границ или в удалении от радиуса действия радаров.
Эти маневры проводятся в районе Южно-Китайского моря, известном как Восточные внешние границы порта (EOPL), примерно в 70 километрах от побережья малайзийского штата Джохор. Это стратегическая точка: она находится на середине пути между Ираном и Китаем, который на данный момент поглощает около 90% всего иранского нефтяного экспорта.
По данным американской мониторинговой группы United Against Nuclear Iran (UANI), схема выглядит следующим образом: в перевозках участвуют старые танкеры с сомнительной структурой собственности, капитаны которых систематически отключают транспондеры и используют фальшивые идентификационные данные. Нефть перекачивается с одного судна на другое прямо в открытом море. Это позволяет покупателям (преимущественно из Китая) утверждать, что они не знают об истинном происхождении сырья.
Аналитики UANI, используя спутниковые снимки, зафиксировали 42 случая перевалки нефти в этом районе только с 28 февраля - начала атак США и Израиля на иранские объекты. По состоянию на середину мая, в районе Джохора дрейфуют или стоят на якоре еще около двух десятков подозрительных танкеров.
Старший советник UANI Чарли Браун выступил с жесткой критикой малайзийских властей, заявив, что их бездействие превратило страну из транзитного пункта в прямого пособника незаконного бизнеса. Организация настаивает, что Малайзия имеет рычаги влияния, но не использует их. Среди предлагаемых мер UANI: ужесточение экологического контроля - требование уведомлений о перевалке нефти, запрет местным компаниям на обслуживание судов из «черного списка», а также обязательное наличие страховки на случай разливов нефти.
Последний пункт особенно критичен: перевалка нефти вне портов на старых судах несет колоссальную угрозу экологии региона. В случае аварии локализовать разлив в открытом море будет практически невозможно.
Малайзийское руководство категорически отвергает обвинения в предоставлении «особых условий» для Ирана. В качестве доказательства борьбы с контрабандой ведомство привело пример задержания двух танкеров (один - без флага, другой - под флагом Камеруна), которые пытались перекачать 2 миллиона баррелей нефти. Однако критики отмечают, что после выплаты залога эти суда часто возвращаются к работе - одно из них было замечено за перевалкой иранской нефти уже через несколько месяцев после задержания.
Ситуация осложняется тем, что зона EOPL граничит с индонезийским архипелагом Риау. В МИД Индонезии заявили, что уже начали собственную проверку законности происходящего. Джакарта подчеркнула, что, хотя она уважает право на мирный транзитный проход судов, она не допустит использования своих морских зон для противоправной деятельности.
На данный момент ситуация остается патовой: пока международные агентства жалуются на отсутствие оперативного обмена разведданными, «теневой флот» продолжает свою работу в режиме «бизнес как обычно», обеспечивая бесперебойный экспорт подсанкционной нефти.
Ольга Божкова