Администрация Трампа выдвинула тезис о том, что вооруженный конфликт в Иране фактически завершен. В качестве обоснования приводится режим прекращения огня, вступивший в силу в начале апреля. Подобная трактовка событий имеет критическое значение для исполнительной власти: она позволяет Белому дому обойти законодательное требование о получении обязательного одобрения со стороны Конгресса для продолжения военных действий.
Эта позиция стала развитием тезисов, представленных министром обороны Питом Хегсетом в ходе его выступления перед Сенатом в этот четверг. Глава оборонного ведомства заявил, что перемирие поставило войну на «паузу». С точки зрения администрации, это означает, что установленные законом сроки еще не истекли.
Речь идет о законе 1973 года, который обязывает президента запрашивать формальную санкцию законодателей на любые военные операции, если они длятся более 60 дней. Применяя логику «паузы», Белый дом пытается доказать, что временные рамки, ограничивающие полномочия президента, в данном случае обнулились или приостановились.
Высокопоставленный представитель администрации, пожелавший сохранить анонимность, пояснил, что с юридической точки зрения «боевые действия, начавшиеся в субботу, 28 февраля, считаются прекращенными». По его словам, после начала двухнедельного перемирия 7 апреля прямых столкновений между вооруженными силами США и Ирана зафиксировано не было.
Однако реальная обстановка в регионе остается крайне напряженной. Несмотря на формальное продление режима прекращения огня Иран продолжает удерживать контроль над стратегически важным Ормузским проливом, а военно-морские силы США сохраняют режим блокады, препятствуя выходу иранских нефтяных танкеров в открытое море.
Согласно Резолюции о военных полномочиях, у президента Дональда Трампа оставалось время до этой пятницы, чтобы либо получить одобрение Конгресса, либо полностью прекратить боевые операции. Закон также предусматривает возможность разового продления этого срока на 30 дней.
Демократы активно требуют от Белого дома вынесения вопроса об иранской кампании на полноценное голосование. При этом 60-дневный рубеж мог стать критической точкой и для многих республиканцев. Часть из них изначально поддерживала краткосрочные удары по Тегерану, но настаивала на том, что долгосрочные военные действия требуют прямого участия законодательной ветви власти.
Сенатор от штата Мэн Сьюзан Коллинз выразила жесткую позицию, проголосовав за прекращение военного вмешательства в Иране. Она подчеркнула: «Установленный законом срок - это не просто рекомендация, а обязательное требование. Любые дальнейшие шаги против Ирана должны иметь прозрачную миссию, достижимые цели и четко сформулированную стратегию выхода из конфликта».
На фоне юридических споров звучат предложения о смене формата миссии, сделав акцент на «самообороне» и «защите свободы судоходства» в проливе.
Впрочем, эксперты и оппоненты администрации скептически относятся к идее «поставить на паузу» время. Сенатор Тим Кейн назвал аргументацию Хегсета «крайне странной» и лишенной какой-либо правовой поддержки.
Кэтрин Йон Эбрайт, эксперт Центра Бреннана, заявила, что попытка интерпретировать закон подобным образом является беспрецедентной юридической манипуляцией. Она подчеркнула, что в тексте Резолюции 1973 года нет ни единого положения, позволяющего приостанавливать 60-дневный отсчет из-за временного прекращения огня.
Ольга Божкова