Пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Левитт заявила, что никакого крайнего срока на принятие решения о переговорах Дональд Трамп иранцам не устанавливал, а сообщения о том, что Тегерану якобы дали от трех до пяти дней, не являются правдой.
Она также объяснила, что президент ждет от иранского руководства «единого ответа» на американские предложения по прекращению войны. С отдельными высказываниями тех или иных лидеров Вашингтон считаться не будет.
NOW - White House's Leavitt: "The President has not set a firm deadline to receive an Iranian proposal." pic.twitter.com/ZROmcYOvv1
— Disclose.tv (@disclosetv) April 22, 2026
Накануне Трамп продлил перемирие с Ираном на неопределенный срок, хотя незадолго до этого в интервью CNBC называл продление «крайне маловероятным» и грозился возобновить бомбардировки.
Формулировка в Truth Social к вечеру была нетипично мягкой для Трампа: правительство Ирана «серьезно расколото», принято решение продлить перемирие по просьбе пакистанского премьера Шахбаза Шарифа.
«Это борьба между прагматиками и ястребами в Иране, и президент хочет получить единую позицию», - пояснила Левитт. По ее словам, сохранение режима прекращения огня - это то, что нужно режиму, страдающему от «серьезных внутренних разногласий».
Но главное - уран. Левитт потребовала, чтобы Иран передал свой обогащенный уран Соединенным Штатам. Речь идет примерно о 440 килограммах урана, обогащенного до 60%.
Параллельно Левитт представила новый термин - «Операция экономическая ярость», - которая, по ее словам, продолжится независимо от статуса перемирия. Это аналог боевых действий, которые Трамп назвал “Эпической яростью.”
Морская блокада иранских портов обходится Тегерану в 500 миллионов долларов в день, нефтяной терминал на острове Харг уже «полностью забит» - страна не может ни вывезти, ни ввезти топливо. Блокада стала главной причиной, по которой иранская делегация не явилась на второй раунд переговоров в Исламабаде.
На пресс-конференции был любопытный момент. Журналисты спросили Левитт, с кем, собственно, ведутся переговоры и кто в Иране сейчас принимает решения. Она замялась и ответила, что США знают, с кем разговаривать. Но конкретных имен не прозвучало.
Другой журналист поинтересовался, почему иранское государственное ТВ открыто насмехается над Трампом, утверждая, что Тегеран вообще не просил никакого продления перемирия.
Левитт посоветовала «не принимать на веру» ничего из того, что говорит иранская сторона: мол, публичная риторика Тегерана сильно отличается от того, что иранцы говорят представителям Соединенных Штатов в закрытом режиме.
Роман Перл