Правительство Нетаньяху нанесло очередной удар по светским институтам власти, приняв закон о расширении полномочий раввинатских судов на сферу гражданского арбитража. Этот токсичный шаг, направленный на дальнейшее размывание демократической идентичности Израиля, стал наглядным примером того, как клерикализация и политический цинизм разрушают основы государственного строя.
Процесс принятия этого закона был столь же порочен, сколь и его суть. Коалиция провела его извилистым путем, изначально оформив как частный законопроект. Цель была очевидна: избежать разгромного заключения профессиональных юрисконсультов, которые неминуемо указали бы на правовые дыры инициативы. Более того, фундаментальное положение, согласно которому решения религиозного арбитража больше не нуждаются в утверждении гражданским судом, было протащено в виде спешной поправки прямо во время голосования.
Пожалуй, самым возмутительным аспектом является время, выбранное для принятия закона. Пока израильтяне вынуждены бегать в бомбоубежища под звуки сирен, разрушаются жизни, а национальная экономика погружается в хаос неопределенности, правительство четко демонстрирует свои реальные приоритеты, тратя драгоценное время на продвижение узкосекторальных интересов, раскалывающих страну.
Исторически юрисдикция раввинатских судов была строго ограничена вопросами личного статуса: браками, разводами, алиментами и опекой над детьми. Новый закон ломает этот барьер. Теперь религиозные судьи (даяны), опираясь исключительно на законы Торы, получают право рассматривать практически любые гражданские споры - от конфликтов между бизнес-партнерами до банальных ссор между арендодателем и квартиросъемщиком.
Формально авторы закона прикрываются фиговым листком «взаимного согласия»: дело не может слушаться в раввинатском суде, если гражданин не дал на это письменного разрешения. Однако на практике это открывает ящик Пандоры для юридического шантажа.
Любой арендодатель или крупный бизнес теперь сможет вписывать в типовые договоры пункт о том, что все конфликты решаются исключительно в раввинатском суде. Подписав договор, гражданин автоматически попадает в юрисдикцию религиозного права.
Иллюзия «свободного выбора» особенно цинично выглядит в реалиях закрытых религиозных и ультраортодоксальных общин. В среде, где обращение в государственные светские суды клеймится как поход в «суды гоев», социальное давление не оставит человеку иного выбора, кроме как идти к раввинам.
Ситуация усугубляется вопиющим нарушением базовых прав человека. Согласно еврейскому праву, которым руководствуются эти суды, свидетельство женщины имеет меньший юридический вес, чем свидетельство мужчины. Таким образом, государство своими руками легитимизирует институты, открыто попирающие принцип гендерного равенства.
Для тех, кто оказался в кресле перед даянами, пути назад в светское правовое поле практически нет. Закон сохраняет статус-кво, при котором БАГАЦ не является апелляционной инстанцией для раввинатских судов. БАГАЦ сможет вмешаться лишь в исключительных случаях: если религиозный суд грубо превысит свои полномочия или вынесет решение, нарушающее «принципы естественного правосудия». Во всех остальных ситуациях граждане остаются один на один с системой, далекой от современных стандартов демократического правосудия.
Ольга Божкова