Западные спецслужбы бьют тревогу: по данным Financial Times, инфраструктура бывшей группы «Вагнер» теперь используется российской военной разведкой (ГРУ) для проведения подрывных операций на территории стран НАТО. После гибели Евгения Пригожина методы работы группировки изменились, но ее влияние на европейскую безопасность приобрело новые, более скрытые формы.
Долгое время судьба наемников после неудачного мятежа в июне 2023 года и последующей гибели руководства оставалась неопределенной. Однако, как выяснили журналисты FT, российская разведка решила не отказываться от накопленного группировкой опыта. Вместо участия в открытых боевых действиях, «вагнеровская» сеть вербовщиков переключилась на поиск исполнителей для диверсий внутри Европы.
Западные официальные лица отмечают, что ГРУ сейчас максимально эффективно эксплуатирует «талантливые кадры» и наработки «Вагнера», которые ранее специализировались на привлечении молодежи из отдаленных регионов России. Теперь их целями стали социально и экономически уязвимые слои населения в странах Запада.
Главная цель Москвы, по мнению источников в разведке, заключается в создании хаоса и подрыве решимости европейских стран поддерживать Украину. Чтобы минимизировать риски и скрыть прямую связь с Кремлем, ГРУ использует тактику «одноразовых агентов», а между кадровыми офицерами разведки и исполнителем всегда находятся минимум два посредника - это позволяет России сохранять возможность правдоподобного отрицания своей причастности. Вербовщики ищут маргинализированных личностей, людей без четких жизненных ориентиров или тех, кто остро нуждается в деньгах.
Группировка использует свои Telegram-каналы. По словам одного европейского чиновника, бывшие сотрудники группы «Вагнер» и экс-работники «Фабрики троллей» прекрасно подготовлены для вербовки посредников, так как они «говорят на одном языке» с потенциальными агентами. Другой чиновник отметил, что их мастерски созданные Telegram-каналы демонстрируют глубокое «знание своей аудитории».
Завербованные через сеть «Вагнера» дилетанты получают самые разные задания. По данным разведки, спектр акций варьируется от относительно «простых» до крайне опасных, включая поджоги автомобилей видных политиков, диверсии на складах, где хранится гуманитарная помощь и оборудование для Украины, а также акции, в которых агенты выдают себя за нацистских пропагандистов для разжигания внутренней социальной розни в европейских обществах.
Переход к использованию посредников и любителей стал вынужденной мерой. После начала полномасштабного вторжения в Украину европейские столицы массово выслали российских дипломатов, среди которых было много кадровых разведчиков. Лишившись значительной части своих штатных оперативников, Москва была вынуждена искать альтернативные способы ведения гибридной войны.
В этом смысле «Вагнер» оказался эффективнее традиционных структур. Например, ФСБ традиционно опирается на криминальный мир и диаспоры в ближнем зарубежье, что не всегда дает нужный масштаб в Западной Европе. У «Вагнера» же изначально был глобальный цифровой охват.
Несмотря на пугающие масштабы кампании, у использования «дилетантов» есть серьезный минус - отсутствие профессионализма. Европейские службы безопасности отмечают, что выигрывая в массовости и низкой стоимости операций, российская разведка жертвует секретностью.
На сегодняшний день правоохранительным органам Европы (в частности, в Польше и Великобритании) удается предотвращать гораздо больше атак, чем похитителям удается реализовать. Спецслужбы постепенно наносят на карту всю сеть «одноразовых агентов», используя промахи непрофессиональных исполнителей.
Ольга Божкова