В воскресенье судья Менахем Мизрахи впервые удовлетворил просьбу полиции, касающуюся расследования "дела об утечках". В этом единственном случае требование полиции совпало с требованием адвоката Нетанияху Амита Хадада: оба просили обязать журналиста "Кан" Омри Асенхайма передать полиции все первичные материалы своего интервью с Эли Фельдштейном.
Адвокат Амит Хадад, защищающий советника Нетанияху Йонатана Уриха, настаивал на полном раскрытии всего содержания разговора Фельдштейна с его давним товарищем, журналистом “Кан” Омри Асенхаймом, рассчитывая обнаружить нестыковки и противоречия между тем, что Фельдштейн говорил Асенхайму конфиденциально, и опубликованным текстом интервью, а также с показаниями Фельдштейна в полиции.
Полиция поддержала требование адвоката, заявив, что на интервью, данное подследственным по доброй воле, не распространяется принцип защиты конфиденциальности журналистских источников. Судья Мизрахи поддержал такую трактовку и объявил первичные материалы интервью необходимыми для расследования и “дела об утечках”, и дела Цахи Бравермана, возбужденного после интервью (но не на его основании - Фельдштейн после публикации повторил все сказанное на допросе в полиции).
Председатель Совета журналистики, отставной судья Верховного суда Ханан Мельцер заявил, что Совет подаст апелляцию против решения судьи Мизрахи, если выяснится, что журналиста принуждают нарушить конфиденциальность источника.
Следователи “Лахав 433” считают показания Фельдштейна правдивыми, поскольку они подтверждаются другими данными следствия, - и не доверяют ни вычистившему свой телефон Йонатану Уриху, ни пытавшемуся отрицать ночную встречу Браверману.
Фельдштейн в интервью Асенхайму обвинил во лжи и самого премьер-министра Нетанияху - он утверждал, что секретный документ был слит в Bild с его ведома и одобрения. После слива и распространения публикации Bild в израильских СМИ Йонатан Урих сообщил Фельдштейну, что “босс доволен”, но на допросе в полиции не мог сказать, ни кто такой “босс”, ни чем именно он был доволен.
Ирина Жуковская