Пятеро жителей бедуинского поселка Туба-Зангария были арестованы недавно по подозрению в причастности к убийству солдата ЦАХАЛа Гая Хевера 29 лет назад. Около месяца назад Общая служба безопасности (ШАБАК) получила информацию о том, что в убийстве солдата в 1997 году замешаны члены бедуинской семьи из Тубы-Зангарии. Об аресте стало известно только сегодня, спустя месяц, когда истек срок запрета на публикацию информации. Но, похоже, это не продвинуло расследование. Тайна исчезновения Гая Хевера так и не была раскрыта: бедуинов допросили и отпустили домой.
20-летний Гай Хевер служил на Голанских высотах. Он был, согласно сообщениям, довольно проблематичным солдатом: несколько раз сидел на гауптвахте и в армейской тюрьме — то за сон на посту, то за неповиновение командиру. 17 августа 1997 года он покинул без разрешения военную базу с оружием и с тех пор о нем ничего неизвестно. Было подозрение, что он покончил с собой. Потом появились сведения о том, что Хевер подошел к сирийской границе и был там похищен сирийцами. Немецкая журналистка, которая работала в начале 2000-х гг. в Сирии утверждала, что видела пропавшего израильского солдата в тюрьме в Дамаске, где ее допрашивали следователи службы безопасности по подозрению в шпионаже. Она слышала, как молодой человек отвечал на вопросы на иврите, и когда опубликовали фотографию Гая Хевера, узнала в нем того заключенного. Сирийские власти отказывались комментировать сообщения и не отвечали на запросы, даже когда к делу подключили бывшего президента США Джимми Картера и американского дипломата.
С тех пор расследование таинственного исчезновения солдата не продвинулось ни на миллиметр. Пока месяц назад полиция не объявила о продвижении в этом деле почти 30-летней давности. В Тубу-Зангарию, известное с давних времен на всем севере гнездо бандитов и рэкетиров, вошел большой отряд спецназа полиции (не меньше 150 бойцов). Они задержали пятерых бедуинов, но их скоро отпустили — допрос ничего не дал. «Дело вернулось к изначальной точке», - констатировал утром сайт Ynet.
Поиски не прекращались все эти 30 лет. В 2017 году, через 20 лет после исчезновения сына, мать солдата сказала в интервью, что уверена — ее сын жив. «Он жив, пока не будет доказано обратное», - сказала несчастная женщина, несущая это горе полжизни.
Олег Керем